Призрачная нога

Сказав Флоре «обещаю», Смолл так же пообещал и себе, что первым делом, как встанет на ноги, он разберется с мерзавцами.

***

Сидя за столом напротив отца, Смолл мысленно прощался с домом. Наверху мать подбирала одежду Флоре; был слышен звонкий девичий смех. Котелок шипел в каменной печи, пряный аромат супа разливался по комнате. За окном висел предрассветный полумрак. Туман почти рассеялся, и от цветка к цветку летали разноцветные стайки сонных рыбешек.

Артур барабанил пальцами по столешнице и разглядывал сына.

– Ты втютюхался? ? наконец прервал он неловкое молчание.

Смолл поднял на отца глаза.

– Кто так вообще говорит?

– Молодежь, разве нет? ? сказал Артур. ? Неважно. Важно вот что. Эта юная леди смогла забраться к тебе сюда? ? Он коснулся груди и ухмыльнулся. ? И чуть пониже.

– Не говори глупостей.

– Я видел, как ты смотришь на нее. Она явно очаровала тебя.

– Никто меня не очаровывал, ? не согласился Смолл.

– Я хотел лишь сказать, ? ухмылка исчезла со смуглого лица Артура, ? что не нужно дарить себе пустые надежды.

Она уедет, и больше вы не увидитесь, будь к этому готов.

– Да я уже готов.

– Ну-ну. Найди себе кого-нибудь из местных. Столько вокруг одиноких красавиц…

– Отец, завязывай, ? попросил Смолл, теряя терпение.

– Меня это беспокоит, сын. После Селии… ты перестал общаться с девушками, и… ты начал срываться на меня.

Имя «Селия» обожгло память Смолла раскаленным чугуном.

– Ты сам виноват, ? сквозь зубы процедил он.

– Виноват в том, что сделал ее шлюхой?

Смолл вспомнил свой шестнадцатый день рождения.

Селия Жгут ждала его возле Вечной хризантемы в темных брюках и белой легкой рубашке. Когда он окликнул ее, она бросилась ему в объятия, засыпая его щеки горячими поцелуями, а уши ? забавными пожеланиями. Смолл не хотел, чтобы это прекращалось. Он втайне был влюблен в девушку с десяти лет и восхищался каждым ее движением. Смолл, как подобает кавалеру, придумал маршрут прогулки, но Селия неожиданно предложила ему пойти к ней в гости. Он отказал бы любому, кто предложил бы ему провести солнечное время в помещении, но не Селии. Она умела убеждать.

После смерти отца Селия жила с матерью, но в тот день тети Марии, как ее звал Смолл, не было дома. Смолл ясно помнил мягкую спинку скамейки и шершавую столешницу на кухне Жгутов. Помнил, как часто он шутил. Помнил, как заливисто смеялась его подруга. Помнил горьковатый и обжигающий вкус вина. Помнил засоленные грибы под закуску.