Призрачная нога

– Ну что, успокоился? ? спросила краснощекая женщина. Цветастое платье по бокам у нее разошлось, а снизу было подрезано, оголяя пышные бедра.

– Мне нужно выбраться отсюда, ? сказал Смолл.

– Всем нужно, но рабы Маньерто могут сбежать от него только на тот свет. ? По повозке расползлись согласные обреченные вздохи и кивки. ? Смирись, что теперь твоя жизнь среди нас. Ты крепкий и не уродливый, мож продадут тебя в слуги какой-нить важной бабе. Будешь бедрами да языком работать ? все лучше, чем ковыряться в дерьме и подыхать с голодухи.

Смолл только сейчас заметил, что ее руки, как и руки всех остальных рабов в повозке свободны от пут.

– Помогите мне избавиться от веревки, ? прошептал он.

– Маньерто предупреждал, что ты попросишь, и велел этого не делать, ? отозвалась молодая костлявая девушка с опухшими губами и кровоподтеком под левым глазом. ? Сказал, кто ослушается, будет закопан заживо.

– Повог’ачивайся, паг’енек, ? старик махнул водянистой рукой, ? я г’азвяжу.

– Диори, ? прошипела краснощекая. ? Что ты делаешь?

– Сама не видишь?

Старик повозился минуту, под осуждающими взглядами бабенок.

– Готово. Без вег’евки куда лучше, да?

– Я твой должник, ? сердечно поблагодарил Смолл.

– Да ладно тебе…

– Ну и зачем ты это сделал, Диори? Черт бы тебя побрал, ? глухо ругалась краснощекая женщина. ? Теперь и нам может влететь.

– Я сознаюсь, если пг’идет надобность, ? пообещал Диори.

– А она придет.

– Пойми Маг’ия, захотелось мне в последний г‘аз сделать что-нибудь хог’ошее… человеческое. Я свое это… уже отжил. А у паг’енька-то вся жизнь впег’еди. Глядишь, и сумеет сбежать.

– Ага! Повозку со всех сторон охраняют люди Маньерто…

– Обычно ? да, но не сегодня.

– О чем это ты?

– Пг’ислушайся?

– Я ничего не слышу, ? рассерженно шепнула Мария.

– Ну… а я о чем тебе говог’ю?

Смолл выглянул наружу. Лошади, привязанные к тонкому деревцу, беспокойно топтались на месте.

– Удачи, паг’енек, ? сказал Диори.

Смолл кивнул и скользнул наружу.

Небо заволокло стеною туч. По обе стороны от повозки шелестела редкая острая трава. Удивительно, но прямо посреди нее росли невысокие густые кустарники с крошечными листьями и красными ягодками и тонкоствольные березы. Смолл поднял с земли увесистый камень и обогнул повозку. Облучок пустовал, под ним валялся недокуренный сверток сигареты.