Проблема дня

Боюсь, женщины просто не обладают способностью к мышлению, основанному на логике и лишенному сантиментов.

К тому времени, когда Крейн обратил взгляд на мисс Коудл, она, прежде смотревшая на него волком, заставила себя сменить выражение лица на жеманную улыбку.

– Вы совершенно правы, – сказала она. – Женщинам это просто не дано. Думаю, если бы нам дали право голоса, для страны это стало бы катастрофой. Ведь что такие, как я, знают о международных делах?

Между тем леди Хардкасл, похоже, надоело гладить его по шерстке, и вместо этого она перешла к настоящей причине беседы.

– А вы слышали о пожаре, который произошел на прошлой неделе на Томас-стрит? – спросила она.

– Да, слышал. Это ужасно. Кажется, в нем погиб один из ваших журналистов?

– Да, – ответила она. – Кристиан Брукфилд.

– Ужас. Ужас. Магазин подожгла суфражетка, не так ли? Это доказывает мою правоту, вы не находите? В мозгу женщины роится слишком много сильных чувств. И никаких мыслей о последствиях ее действий, понятно? Человек погиб только потому, что она хотела привлечь внимание к своему «делу».

– А вы знали Кристиана Брукфилда? – спросила леди Хардкасл, проигнорировав его последние слова.

– Нет, не могу сказать, что он был мне знаком.

– Странно. Он вас знал. Или, во всяком случае, знал о ваших делах.

– Обо мне знают многие, моя дорогая. Ведь у меня есть кофейни по всему городу. – И он с чувством взмахнул руками, дабы показать, сколь обширна и великолепна его империя.

– Возможно, это все и объясняет.

– О моей очаровательной жене знают многие, – уже с некоторым неудовольствием сказал он.

Судя по выражению лица мисс Коудл, ей не очень-то нравилось то, какой оборот принял разговор. И она попыталась сменить тему.

– Скажите, каково ваше мнение о растущей роли порта Эйвонмута? – поспешно спросила она. – Помогает ли вашей коммерции появившаяся теперь возможность принимать более крупные суда, или же расстояние от Эйвонмута до Бристоля все равно доставляет вам слишком много неудобств?

– Что ж, я скажу вам вот что… – начал Крейн, но леди Хардкасл продолжила гнуть свое.

– Видите ли, – сказала она, глядя в свой блокнот, словно там имелось подтверждение ее слов, – мистер Брукфилд работал над материалом, который должен был довести до сведения публики, что ваша очаровательная жена состоит… полагаю, это называется «в близких отношениях» с мужчиной, и этот мужчина, попросту говоря, отнюдь не вы.