Оборотная сторона полуночи-2. Как феникс из пепла

Антураж напоминал скорее не шпионское логово, а комнатку японской девочки предподросткового возраста.

– Ты, наверное, Элла.

– Так и есть.

– А я Кристина. Кристина Маршалл. Ужа-а-а-асно рада познакомиться.

Заключив в объятия, Кристина крепко прижала Эллу к необъятной груди и опять взвизгнула, на этот раз чуть потише, потом отпустила, и Элла осторожно опустилась на кровать.

– Ты наверняка очень устала, – участливо проговорила Кристина, распространяя крепкий, словно болотный газ, аромат духов.

 – Знаю, сама так же вымоталась, как только приехала. Но если есть вопросы, любые – задавай.

У Эллы была масса вопросов, но к мужчине, а не к этой ожившей Барби.

– Я ищу одного человека…

Она постаралась как можно точнее описать своего визитера: плотно сбитый, темноволосый, с волевым подбородком, хорошо одетый, – и все же получилось слишком расплывчато и стандартно.

– Он как раз меня завербовал, и хотелось бы с ним поговорить.

Если возможно, то сегодня вечером. Ты его знаешь?

У Кристины вытянулось лицо.

– Вроде бы нет. Извини. Но если верить твоему описанию, была бы не прочь познакомиться. Впрочем за общим ужином увидишь: там собираются все, – если, конечно, он в лагере.

– Все? А как же те женщины? Они выглядели не очень-то сытыми.

– А, так они, наверное, были на операциях, – пояснила Кристина с той же уверенностью, что и Агнес, в том, что так и надо.

 – Дисциплина и самоотдача – часть программы подготовки.

В этот момент в домик буквально влетел очень толстый человек со всклокоченной бородой и длинными волосами, обрамлявшими основательную лысину на макушке. На лице его читалось почти маниакальное возбуждение, когда, впившись глазами в Эллу, он воскликнул:

– Так вы наконец-то здесь?

– Мы знакомы? – нахмурилась та.

– Еще нет, но я вас знаю. Все вас знают. Вы тут прямо-таки знаменитость, мисс Прэгер.

Джексон, – широко улыбнулся толстяк и протянул руку, похожую на медвежью лапу, – друг Крисси.

– Скорее кошмар моей жизни, – поправила Кристина, хотя прозвучало это очень нежно. – Джексон считает себя важнее других, потому что он системщик и к тому же гений.

– А она ведет себя по-стервозному, потому что жаждет моего тела и знает, что ей его не получить, – невозмутимо возразил Джексон.