Братья Карилло. Обретая надежду

Что, черт возьми, это было? Почему я внезапно ощутила себя словно в вакууме, и воздух просто исчез из легких? И, что еще важнее, зачем он появился здесь поздно ночью и стоял, страдая, перед скульптурой ангела?

Решительно стряхнув с себя оцепенение, я схватила блокнот и сумочку и направилась к стойке охраны, где Кристоф наблюдал за поступавшими с камер изображениями.

– Кристоф? – позвала я, и он поднял голову. Я вздохнула и облокотилась на стойку. – Нельзя позволять студентам слоняться по музею в нерабочее время и особенно входить в мою галерею.

Многие хотят увидеть эти скульптуры вблизи и готовы на что угодно, чтобы взглянуть на них хоть украдкой.

Кристоф нахмурился.

– Уверяю вас, мисс Лусия, здесь нет и не было никого из студентов.

Я на миг раздраженно прикрыла глаза.

– Кристоф, да вот только что. Буквально минуту назад я застала студента в галерее, и он прикасался к главной скульптуре. А если бы он ее разбил?

Кристоф поднялся на ноги и тоже оперся на черную гранитную стойку, на его лице все еще отчетливо читалось замешательство.

Он взял журнал посещений и просмотрел имена на странице.

– Нет, в этот час здесь были только вы двое.

Я уже хотела начать спорить, но тут осознала смысл сказанных им слов.

– Мы двое? – переспросила я, не понимая, кого он имел в виду.

Кристоф снова проверил список.

– Да, вы и скульптор.

Я перевела взгляд на журнал в его руках.

– Эль… Эльпидио? – потрясенно пролепетала я. Ощутив в животе нечто, похожее на бабочек, я с усилием проговорила: – Сюда приходил Эльпидио, скульптор, чью выставку я курирую?

Кристоф посмотрел на меня как на ненормальную.

Да и у меня самой возникли подобные мысли.

– Мисс Лусия, Эльпидио приходил каждую ночь примерно в это же время, чтобы проверить, как идут дела. Я думал, вы в курсе. Вин Галанти разрешил это еще прежде, чем вы оба прибыли в Сиэтл.

Я ощутила внутреннюю дрожь и заметила, как затрясся блокнот, который держала в руке. Я положила его на стойку. Эльпидио приходил каждую ночь?

А, значит…

– Кристоф, сегодня он был в черной одежде? И у него длинные темные волосы?

Кристоф кивнул.

– Он всегда носит черное. И никогда ничего не говорит. – Кристоф подался вперед. – Он из мрачно-задумчивых творцов. И, честно говоря, пугает меня до чертиков. Весьма устрашающий парень.

– О боже… – прошептала я.

Я только что его видела… Он был здесь… Приходил сюда, а я даже не знала…

Внезапно я накрыла руку Кристофа своей.