Конг: Остров Черепа

Несколько человек проводили их взглядами, но никакого интереса к ним не проявили. Протолкавшись к стойке, Ранда кивнул бармену – судя по хозяйской манере, он был и владельцем этого заведения.

– Ищу Конрада, – сказал он, выложив на стойку пятидолларовую купюру и прихлопнув ее ладонью.

Сделав паузу, Билл выжидающе побарабанил пальцами по стойке. Коротко глянув вниз, бармен уставился сквозь него. Ранда приподнял ладонь и выронил на стойку еще пятерку, которую держал сложенной между средним и безымянным пальцами.

Бармен удовлетворенно крякнул и кивнул в дальний угол большого зала с низким потолком.

– Бильярд, – сообщил он.

– Верно.

Оставив деньги на стойке, Ранда двинулся в глубину зала. Там, в дальнем углу, почти незаметный среди гвалта и табачного дыма, стоял бильярдный стол, тускло освещенный свисавшей с потолка лампочкой без абажура. Вокруг стола, наблюдая за игрой, толпились около десятка человек.

Один из них и был тем самым Джеймсом Конрадом, которого разыскивал Ранда.

Возможно, он предпочитал заведения столь низкого пошиба, чтобы не привлекать к себе внимания, однако и здесь сильно выделялся из толпы цветом кожи и военной выправкой. Он был худощав и невзрачен – особенно по сравнению с некоторыми из собравшихся у бильярдного стола, – но взгляд его говорил о многом.

– Это он? – спросил Брукс.

Ранда не удостоил товарища ответом. Конечно же, это был он.

Словно подтверждая этот факт, Конрад завершил партию, загнав в лузу черный шар, потом выпрямился, потянулся и опустил руку на стопку купюр, лежавшую на бортике.

Но его противник не спешил сдаваться. Огромный вьетнамец с маху опустил ладонь поверх руки Конрада и навис над ним – едва ли не нос к носу.

– Ты сжульничал! – заявил он. – Деньги – мои!

Кто-то другой попробовал бы затеять спор. Некоторые дали бы слабину и попытались сгладить возникшее напряжение – возможно, предложив соглашение, выгодное обеим сторонам. Однако ни вежливость, ни споры не изменили бы ситуацию: угрожающий вид здоровяка-вьетнамца и внезапное напряжение зрителей не укрылось даже от Ранды.

А уж тем более – от Конрада.

Конрад резко крутанул кий, и его толстый конец ударил в лоб громилы. Тот вскрикнул и вскинул руки, но даже не успел прижать ладони к ушибленному месту: обратным движением кия Конрад ткнул его в глаз. Отпрянув назад, здоровяк споткнулся о высокий табурет у стойки и врезался в нее спиной. На пол посыпались бутылки, зазвенело разбитое стекло.