Наш хлеб – разведка

Через минуту из-за забора донеслась непонятная речь.

– Я не говорю на таджикском! – стараясь перекричать шум, ответил Хан. – Мне нужен Фарух.

– Я Фарух, но что-то голос мне твой незнаком, – заспанным голосом ответили со двора.

– Фарух, меня зовут Сайхан, я чеченец. Помнишь меня?

После небольшой паузы скрипнул запор, и калитка открылась.

– Салам алейкум, Фарух-ака!

– Алейкум ассала, Сайхан! Почему так поздно? Машина сломалась? – Пропуская чеченца во двор, таджик с ходу засыпал его вопросами. Он был невысокого роста, со слегка вытянутым лицом и большими залысинами на голове.

– Да нет, дорогой, – по мусульманским традициям обняв хозяина дома, заговорил Хан. – Длинная история.

– Хорошо, – запирая ворота, кивнул Фарух, – проходи в дом.

Дом у Фаруха был приличных размеров, благо проблем со стройматериалом не было. По нему в буквальном смысле ходили. Глина, солома, при определенном сочетании и технологии, эти строения ничем не отличаются от кирпичных. Хозяин провел его в комнату для гостей.

Здесь, как и в Афганистане, спали на полу, но это единственное сходство. Мебель была в европейском стиле.

– Зачем тебе фотоаппарат? – увидев, как гость, сняв одежду, положил его на пол, спросил Фарух.

– В Афганистане нас учили, как воевать с неверными, – соврал Хан. – Здесь инструкции... Установка мин, обстрел колонн – в общем, сам понимаешь, – он махнул рукой.

– По-прежнему воюешь? – то ли спросил, то ли констатировал таджик.

– Фарух, – оставив вопрос без ответа, заговорил Хан, – завтра мне будет нужна твоя помощь.

Надо добраться до Душанбе, а перед этим сменить это тряпье на нормальную одежду.

– С этим проблем не будет, – заверил таджик и стал расстилать на полу курпачи.

До рассвета еще было несколько часов.

* * *

– Вы катаете на машине? – Длинноногая блондинка в коротких шортах подошла к Джамбулату, когда он выгнал «Тойоту» из гаража, расположенного прямо под домом.

Окинув девушку взглядом, при этом сглотнув слюну, тот отвел глаза в сторону и кивнул:

– Наберем еще трех человек, и в путь, красавица.

– Да ты, я смотрю, тоже не урод, – подойдя на полшага ближе и обдав горца запахом дорогого парфюма, со странным придыханием проговорила она.

Чеченец действительно был красив. Высокий, широкоплечий, с мужественным лицом, нижняя часть которого была покрыта щетиной.

– Э-э, девушка, мужчины на Кавказе не любят, когда им комплимент делают! – Горец взмахнул руками, словно отгоняя муху.