Три сапога пара

В последний момент он судорожно вцепился в подоконник. Но его пальцы немедля принялся разгибать Рей Салех, радостно оскалившись.

– Су-у-у-ка, ты чего творишь! – едва не визжал толкаемый в пустоту графёныш. – У-у-у-ублюдок, третий этаж!

– Зар-р-р-ря-ядка! – прорычал лейтенант.

– Тут третий этаж, Салех, я же сдохну-у-у-у!

Рею надоело ковыряться с пальцами и он, высунув ногу, обутую в сапог, толкнул Ричарда в лицо. Тот с воплем осыпался вниз. Раздался треск веток.

– Салех! Скотина! Ты уволен! Слышишь? Уво-о-о-олен! Я тебя сгною, землю жрать будешь! Пидарас лысый! – орал графёныш срывающимся голосом.

– Хм, ругается – значит, живой. Па-абереги-и-ись!

И бывший лейтенант рыбкой сиганул в окно.

Гринривер едва успел откатиться в сторону. А Рей, легко поднявшись, подобрал какую-то палку.

– Пробежка!

– Но…

– Ай… больно! Хватит, ай, Салех, ты тр… агх! – очередной хлёсткий удар палкой сменился тычком, и Ричард сложился пополам.

– Пробежка!

– Я понял, понял, обуться хотя бы дай! – в голове аристократа промелькнула мысль, что можно попробовать сбежать, добравшись до общежития.

Её вышибли прилетевшие в лицо гимнастические тапочки, которые Салех ухитрился захватить с собой.

– На старт, внимание, марш! – и очередной удар палки «отсушил» Гринриверу руку. Тот побежал. Сначала медленно, потом все быстрее и быстрее.

«Он же без ноги, я могу оторваться!» – с этими мыслями графский сын ускорился, ныряя в сумрак аллеи. Дальнейшее больше напоминало жуткий сон.

Ричард бежал по дорожке, слыша за спиной жуткое сопение отставного лейтенанта. Тело болезненно ныло от многочисленных ударов, убежать всё никак не получалось. Все внутри сжималось в ожидании очередного удара. По лицу графёныша текли слезы бессилия и ярости. Он строил планы, что сделает со своим телохранителем, когда это всё закончится. Но время тянулось и тянулось. Мелькали деревья и стены зданий. Над головой медленно светлело небо, звонко щебетали птицы.

Стали появляться какие-то люди, с интересом глядящие на грязного, потного, едва переставляющего ноги Ричарда.

Тот пытался просить у них помощи. Он молил. Он сулил денег, он взывал к милосердию. Но за ним воплощённым возмездием следовал Рей Салех, одной своей улыбкой освобождая Ричарду дорогу и избавляя от надежды на случайную помощь.

Иногда Рей кричал «ускоряемся» и приходилось ускоряться, иначе палка, в воображении графёныша ставшая ядовитой змеёй, чаще начинала наносить укусы.