Сильномогучее колдунство

Одной рукой он тащил саквояж с фотоаппаратом, а в другой – палку. Другим концом палка цеплялась за второй чемодан, на котором гордо восседал попугай. Потрёпанный, но не побеждённый.

– Господа, я вынужден капитулировать, пожалуйста, дайте мне пистолет! – взмолился Эджин, с ненавистью глядя на птицу.

– Мистер Эджин, самоубийство – не выход. Боритесь! – пафосно заявил Ричард и обратился к человеку за стойкой. – Выделить номер рядом с нашим.

– И птице тоже? – хозяин гостиницы, полный усатый мужчина с острым подбородком, сдерживал смех.

– Разумеется, нет… – пауза затянулась, и Илая счастливо выдохнул. – Пусть живут вместе! – счастливый вздох сменился горестным.

– Есть замечательный номер для семейной пары.

– Идеально. Пожалуйста, не переживайте насчёт дополнительных расходов. Я всё оплачу.

– Даже не изволили сомневаться, благородный сэр!

– Мистер Салех, куда мы идём развлекаться?

– В бордель. Тут ведь ты не успел его сжечь? – Рей счастливо улыбнулся.

Идущий мимо слуга с подносом вздрогнул и уронил свою ношу.

– Нет, но ещё не вечер. Илая, у вас десять минут. Приведите себя в порядок, вы идёте с нами!

– Господа? – вид у репортёра был пришибленный и недоумевающий.

– Мистер Эджин, вы подписали договор, по которому обязуетесь участвовать со мной в любом событии, что может со мной происходить. Бордель тоже туда входит. Или вы девственник?

– Нет, я не… – заблеял смутившийся репортёр.

– Впрочем, не важно.

Десять минут. И подайте вина с фруктами на террасу! – последнюю фразу Ричард адресовал суетящемуся слуге.

?

Ночной Обсидиан-тауэр оказался ещё прекраснее дневного. Газовые фонари давали мягкий жёлтый свет, который заливал улицы и придавал им праздничный вид. Во многих домах светились окна, замирающая из-за дневного зноя жизнь возобновлялась вечером и продолжалась до глубокой ночи.

Из каждой точки города можно было наблюдать сияющую огоньками реку, что спускалась из тёмной синевы предгорий.

То освещали себя рыбацкие судёнышки, выходящие на ночной лов.

Одуряюще пахло цветами, фруктами и свежайшим кофе. Кричали птицы и выводили громкие трели сверчки.

– А потом она мне и говорит, что никогда ещё её покои не посещал самый настоящий маг! И начала такое вытворять своими губами, ну прям такое, о-о-о… И потом стонала, так стонала…. Кричала, господин маг, шибче, шибче! – Илая шёл по улице, размахивая руками.