Живой

– Чувствую, это будет большой проблемой. Красавчик, сука, подгадил напоследок, – я смотрю на ковбоя в упор. – Для полноты картины, добрый человек, назови мне, пожалуйста, и своё имя.

– Харм.

Харм.

Человек.

Звание: капитан (вольный охотник).

Съедобен.

– Отлично, Хаарм… – смотрю, как над собеседником отобразилась надпись, – скажи, пожалуйста, убивать за отвратительное чувство юмора в ваших краях принято?

– А не слишком ли ты дерзкий для нулёвки, пока ещё Живой? – ковбой был спокоен и только смерил меня презрительным взглядом.

– Мужик, примерно тот же вопрос. То есть, весь мир видит, как я жру Семя перерождения на вершине пирамиды, весь мир видит, что ко мне спускается Эльдразион. И он сжигает все камеры. Я после этого примечательного события выхожу живой и здоровый с этой пирамиды один, а нас там было под полтысячи, и ты, судя по роже, меня грабить собрался? Я ведь верно контекст уловил? – в следующее мгновение все наличные стволы смотрели в мою сторону. Ковбой тоже напрягся, и его ствол смотрел мне прямо в лоб.

 – Так, мужики, перед тем как у нас тут всё… начнётся, поясните мне, убогому, что я такого сейчас сказал? – я аккуратно сократил расстояние до ковбоя ещё на шаг.

– Информация только для внешников. Это они имеют доступ к стрекерам и они же ими управляют. Никто не знает, что происходит с другими игроками! – ковбой улыбался. Разумеется, он контролировал ситуацию, в восемь-то стволов. Винтовка на ремне на плече. Под правой рукой только многофункциональный нож.

 – И мы очень тебе благодарны за то, что ты объяснил нам, почему тебя надо грабить.

– Напоследок хочу вам сказать, добрые люди: хуже идиотов только…

Скручиваю корпус в падении. Валюсь как мешок с землёй, только при этом поворачиваюсь вокруг своей оси. Полный оборот. Рука сжимает универсальный нож мгновением ранее. Монолезвие тонко свистит. Ковбой Харм даже успевает выстрелить. Только вот стреляет он мне в шлем. А тот может выдержать и не такое.

Монолезвие ресурс 62% (медленно восстанавливается).

– …идиоты самонадеянные. Ну вот скажи мне, Харм, я же объяснил тебе, кто я и откуда. На кой дьявол ты полез? – я спросил у своего ещё живого собеседника. Хлыстом я подрубил ему ноги и снёс правую руку выше локтя. Его понтовая куртка мгновенно успела сжать рану. Так же поступили и понтовые кожаные штаны.

Кошусь на остальных жертв. Лезвие рассекло их всех в районе грудины. Я успел поймать пару агонизирующих взглядов и поспешно отвернулся.