Живой

Меня не интересует ваш проект с электронными наркотиками. Я выплачу не те сорок миллионов кредитов, я выплачу девять миллиардов вашего долга. Вы будете принадлежать мне. Так же вы дадите мне нотариальную доверенность на любые, вы понимаете меня, на абсолютно любые физические и ментальные манипуляции с вашим телом и сознанием. Вы теряете личную свободу и дееспособность и выполняете любые мои приказы, даже если они будут противоречить вашей этической доктрине, вашей совести или вашему мировоззрению. Ваша свобода будет существовать ровно в тех областях, которые не затронут мои прямые интересы.

– На какой срок? – нутро сжалось от безумной надежды. Но с каждым новым словом собеседника желание жить делалось чуть-чуть слабее. Самую малость.

– Навечно. Но я вам так скажу: те, кто смогут особо отличиться в проекте, имеют реальный шанс обрести свободу. Это стимул проявить себя.

– Чем мне предстоит заниматься?

– Это не должно влиять на ваше решение. Вы согласны? – собеседник надавил голосом.

– Я могу себя выкупить?

– Нет, это невозможно.

Мы с вами не заключаем договор займа. Это будет договор полного владения без оферты выкупа. Документ легитимен в юридическом поле станции Бангкок Семь. За пределами станции, если в будущем придётся покинуть её, лояльность будет обеспечена специальными имплантами.

И тут я понял, что этот Укита не мигал. И вообще никак не проявлял эмоции на лице.

– Я… О, чёрт, скажите хоть что-то хорошее про ваш контракт. Не то чтобы у меня есть выбор, но дайте мне сохранить остатки достоинства! – я поднял руки в сокрушённом жесте.

Иногда надо подставить вожаку горло в знак подчинения.

– О, у вас будет замечательная медстраховка. Лучшая в пределах Солнечной системы! – Укита снисходительно скривил губы в подобии улыбки. – У вас осталось три минуты.

– Я согласен. Я, Кель Хедрикс, продаю вам свою душу в обмен на жизнь!

– Деньги уже пришли на эскроу-счет казначейства станции. Юристы банка помогут вам подписать все необходимые бумаги и выправят вам все документы.

После чего за вами пришлют транспорт и вы прибудете в своё новое место жительства. О вещах беспокоиться не стоит – они вам не положены. Прощайте.

Экран погас. Я разглядывал своё перекошенное надеждой лицо. Всё происходящее казалось бредом.

Дверь в комнату отворилась.

– Эй, эй, я нашёл деньги, я уже всё отдал и заплатил!

– Это нам известно. Пройдёмте, – ответил динамик в забрале.

И тут я окончательно поверил в своё спасение.