ЧАЩА

Мать твою!

В нескольких метрах от него, среди папоротников, стоял огромный волк. Он был настолько огромен, что его жёлтые спокойные глаза были на уровне груди человека, а в плечах он был даже пошире. Человек невольно попятился. Зверь просто стоял и смотрел, не проявляя никакой заинтересованности, только уши еле заметно подрагивали, видимо улавливая звуки, не различимые человеком. Чувственные ноздри вздрогнули, почуяв незнакомый, противный запах горящей сигареты, и волк недовольно заворчал.

Потом тряхнул огромадной башкой и чихнул, на секунду обнажив жёлтые длиннющие клыки. Человек замер, боясь пошевелиться, но волка он, видимо, не интересовал. То ли зверь был сыт, то ли не встречал ещё такое существо и просто не знал, что с ним делать. Постояв ещё несколько секунд и пару раз втянув носом незнакомый запах, волк медленно, лениво повернулся и, раздвигая мощной грудью высокие папоротники, двинулся под гору.

Когда он, совершенно бесшумно, скрылся в гуще леса, человек облегчённо вздохнул и глубоко затянулся горьким дымом сигареты.

Так и стоял, жадно затягиваясь, раз за разом в ожидании, когда сердце, стучавшее где-то в горле, вернётся на своё привычное место.

Откуда здесь мог оказаться волк, да ещё такой огромный? Давно уже всё зверьё разогнали коллективными садами, которые плодились почти друг на друге. Грибы, ягоды ещё можно было найти, но звери здесь не встречались уже лет семь, так только, если бурундучок через дорогу сиганёт да лягушки около речки поквакают.

Вот и вся фауна.

Тем временем почти совсем рассвело и стали видны более мелкие детали окружающего леса. Мощные, в два обхвата, сосны, каких он никогда не видел около сада, подпирали своими кронами светлеющее небо. В высокой траве россыпь крупной земляники, на вид такой аппетитной, что он, присев на корточки, сорвал с дюжину ягод и закинул их в рот.

Вкуса не почувствовал, не потому что они были безвкусные, а потому, что голова была занята другими проблемами.

В такой идиотской ситуации он ещё не был. Не знать где он и, самое идиотское, не помнить, как сюда попал. Но самое главное – в какую сторону идти? Сидеть и ждать, что его кто-нибудь найдет, было очевидно глупо. Человек прислушался, пытаясь услышать звуки цивилизации, хотя бы шум поезда или машины.