Бзик в кратком

Подсаживается ко мне поближе, значится, швепсер и начинает мирный диалог. Он всегда был фанатом самолетиков, потому что делать лодочки у него никогда не получалось (сложные сгибы, все дела).

– Ну привет, тупица, давненько ль ты встречал Дэна по фамилии Мокрица, или вовсе не давно? – начал диалог Рефрактор.

– Дэн, насколько мне известно, был на Радио известен. Я ему дал пару сотен, и сказал, чтоб был свободен. Видел я его сегодня, он мне, если что, не родня, – оттараторил я.

– Да, хоть ты Дэна и встречал, он тебя и знать не хочет, для него ты маргинал, для меня ты тоже, в прочем.

А теперь ответь, дружок, чем Дер Меркур заслужил про себя дурной стишок? Неужели ты решил, будто сам как будто бог? Но это ладно, с этим все уже вовсю понятно. Интересно мне лишь то, как с Дер Меркуром стать ближе, расскажи про его дом – будет приговор пониже.

Коротко поразмыслив над обстоятельством (говорить или не говорить?), я принял решение сказать, притом сказать именно сейчас, иначе бы сюжет не двигался, а музыкальная дорожка остановилась бы на отметке 2:43.

Нельзя этого допускать. В любом случае, мой сизый нос почувствовал небывалый интерес со стороны швепсера, притом интерес, отнюдь не рабочий (а тот самый, потаенный), собака была зарыта намного глубже, и не подумайте, я не про Озимандиаса. Иногда поражаюсь тому, как в этом мире все устроилось, как все сочеталось и как легко именно Меркуриал позволял совершенствовать механизмы манипуляции и устраивать себе лишние выходные (порою, болезненные). Местные учёные и вовсе, не поверите, изобрели хим. раствор-манипулятор (на случай гражданских войн).

– Значит слушай, ЦРУшник, если плохо слышишь, надевай скорей наушник, если слышишь хорошо, то возьми вон те беруши, потому что громко говорить я буду (знаю, рифма не очень).

Возле самой высшей башни,

Что в Меркурии стоит,

Расположен бар пропащих,

Там не очень общепит.

Но питаться нам не надо,

Ведь колдунья в нем сидит,

Она будет вам не рада

И покажет звон орбит.

И в орбитном мире этом

Вам откроется дорога

Был бы я слепым поэтом,

Не заметил бы порога.

Дальше, следуйте по ней

И найдете грани бога,

Хоть Дер Меркур не злодей,

Он уродливей урода.

Стукнул швепсер по столу и крикнул:

– Сам уродливей урода, на обои посмотри, я отправлюсь на свободу, ты же – срок свой получи!

Швепсер поднялся со стула, упал, но смог подняться вновь, после позвал безымянного помощника.