Запределье

В это время младший брат Эл подзадорил и подпоил разбойников, на то, чтобы они отомстили тем, кого они когда-то боялись. Эл вместе с Лортом собирались уже покинуть деревню, как вдруг на его голову обрушился удар топора, Лорт зашатался и упал замертво, на неё накинули верёвки, связали и, свистя, потащили по земле.

– Как это низко, ударить в спину, – думает Мик, хотя отец говорил ему, что в бою все средства хороши.

Их всего шестеро, если бы Эл успела достать рогатку она бы пробила двоим головы, а остальные бы разбежались подобно мурашам.

Они наскоро соорудили крест, и тут Эл видит, что они сожгли всю деревню и убили всех, кто в ней был, включая её родителей, теперь нет дорожной компании, что расстреляла бы разбойников, один сражён топором, она лежит связанная, а принц и двое других воинов уже точно её не помогут.

Они кладут её на крест из дерева, привязывают и она понимает, что они хотят сделать! Древняя традиция казни, привязать человека к кресту из горючего дерева, потом порезать вены, а когда он умрёт, спалить крест, и останутся одни кости, кости да пепел.

Да, такой она скоро станет, – думает Эл – Кости и пепел.

– Ну, что каково теперь стрелять по людям чести? – кричит один, потом достаёт рогатку из её кармана.

– Люди чести, так себя называют эти гады, – думает она – Ну давайте, люди чести, убейте меня из моего оружия, это не трудно. Разбойник натягивает лист растения рогатки, но не замечает, что он заряжен, наводит на неё и говорит

– Руки вверх! Все разбойники дружно хохочут, потом он наводит рогатку на одного из своих и ради шутки стреляет.

Камень со свистом врезается в грудь бандита и он падает уже не живой, но пьяные разбойники того не видят они думают, что он претворяется и вполне успешно.

Вдруг она видит среди них своего брата, он подскакивает к ней, как дикий зверь, хватает нож и орёт во всё горло

– Ну, что, сестрица, теперь некому тебя пожалеть, ни мамочки, ни папочки.

Он склоняется над её руками и начинает их резать. Видимо он окончательно тронулся головой. За минуту руки превратились в кровавое месиво, но она не кричит, она знает, что он только этого и хочет, слёзы её падают на траву беззвучно

– Мне тебя жаль, – говорит она ему. Брат вопит и понимает, что ему не сломить её волю. Потом она начинает петь, петь детскую песенку, которую им пела мама, это ещё больше выводит из себя кровожадного садиста.