Запретная

 – Справятся же втроём, чего упёрся?

Он только что обменялся парой непристойных слов, подкреплённых ещё более непристойными жестами, с барменом.

– Тем более мы с тобой последние дни работаем, – улыбнулся он Джейн.

– Почему это? – спросила та, намотав спагетти на вилку.

Она не выгрузила свои еду и напиток на стол и ела прямо с подноса.

– Да разве ты будешь работать здесь с таким принцем? – продолжал улыбаться Кевин. – Он мне пятьдесят баксов оставил!

Работники и работницы кухни повернули головы в их сторону.

– Пятьдесят? – округлила глаза наша героиня. – Может он не рассмотрел в темноте? Перепутал?

– А может он просто сказочно богатый? – хитро ухмыльнулся афро и впился своими ровными белыми зубами в бургер. – Его одежда и машина подтверждают это, а его молодость и здоровье опровергают твоё предположение о его слепоте.

– Я не говорила, что он слепой…

– Ты сказала, что он не рассмотрел… Ладно, что оденешь в воскресенье?

– У меня есть вечернее платье…

– То зелёное? Которое ты одевала на день рождения Брэда?

– Да.

– Не смей его одевать!

– Почему?

– Потому что тогда это будет твоя последняя встреча с Дональдом.

– Не думаю, что он…

– Я попрошу платье у Лизы. У неё есть одно шикарное, синее. В нём ты будешь настоящей принцессой.

– Да не нужно.

– Нужно, нужно, деточка. Ты должна сразить его раз и навсегда. После этого комбинезона и джинс с футболкой тебе срочно нужна реабилитация. Серьги и ожерелье у Лизы тоже есть.

– Может ещё трусики у неё попросить?

– До этого у вас не дойдёт, – махнул рукой парень и резко перестал жевать. – Или ты хочешь позволить ему на первом свидании?

– Нет, конечно.

– Правильно. Держись до третьего. А лучше до пятого. Набирай ценность и важность в его глазах.

Остаток ужина он инструктировал её, как вести себя в ресторане, что заказывать и что нет, как улыбаться, как загадочно смотреть в сторону и быстро переводить искрящийся взгляд на Дональда, когда он обратится к ней, как часто ходить в уборную для проверки лица и причёски, как… В общем, полный инструктаж от того, кто видел и испытал намного больше неё.

– Я запишу тебя к Шону на три часа, – сказал он ей напоследок. – Причёска с меня!

Без Кевина она ни за что не попала бы к Шону – талантливому парикмахеру, визажисту, афроамериканцу и гею в одном лице, – в воскресенье. Обычно к нему записывались хотя бы за неделю.