Письмо из ниоткуда

Одно слово – гусары!

Вообще-то, будь это обычный бал, а не бал-маскарад, Лиза не сомневалась бы в своём превосходстве. Притом что хорошеньких девушек и в этом обществе хватало.

Безумство старых карнавалов

Но маскарадные балы имели свою особенность. Так уж, наверное, повелось со времён древнеримских Сатурний – первых маскарадов, длившихся неделями, на которых отменялись все табели о рангах. Обычная для тех игрищ картина: хозяин прислуживает своему рабу.

Нечто подобное творилось и позже, на венецианских маскарадах, где царил полнейший декаданс: разгул и беспорядочный разврат (Лиза сама читала об этом в книге, тайком взятой ею из усадебной библиотеки.

)

Маски и костюмы стирали привычные условности: неважным становилось положение в обществе, снижались обычные правила приличий, маски уравнивали красавиц и дурнушек. Наступало царство свободы и всеобщей раскованности. Точнее, их иллюзии.

Конечно, российская провинция XIX века – это вам не античный Рим и не средневековая Венеция. Даже сравнивать нечего.

Но магия карнавала, пусть не в столь безумной форме, завораживала и здесь…

«Печка» и её «трубочисты»

– Господа, да у вас здесь темно, как у эфиопа где? – неожиданно раскатился по залу явно нетрезвый, но густой и звучный баритон.

– Разр-р-решите представиться: «Р-рус-ская печь собственной пер-рсоной! А это – мои …тр-руб-бо-чи-сты!» – с хитрой ухмылкой заявило рыжее чудище и шутовским жестом указало на своих спутников.

Пребывавший до этого в угаре беззаботного веселья зал разом погрузился в звенящую тишину, которую нарушило внезапное: «Ах!», с последующим грохотом опрокинутого стула.

Это брякнулась в обморок грузная супруга местного предводителя дворянства. К ней уже бежали с платочками сразу несколько услужливых кавалеров.

– Не выпить ли нам шампанского, господа? – попытался разрядить обстановку, слегка опешивший от такого представления, хозяин дома – фабрикант – мыловар Опрыжкин.

Это оказалось удачной идеей. «Печная команда» приняла предложение с бурным энтузиазмом, и вскоре уже гусарская компания, влившись шумной струёй в общее веселье, добавила ему немало специфического колорита.

Кое-что из бального кодекса

Тем временем приближалась долгожданная мазурка. Её, как известно, танцуют одновременно четыре пары.

Некоторые барышни, надеясь быть приглашёнными, уже остановились на ком-то из вновь прибывших и отчаянно кокетничали глазками, пытаясь привлечь внимание избранных кавалеров.