Сотая казнь

Мэрган молчала, подходя все ближе.

– Может не надо? – колдун смотрел на ее оружие без всякого воодушевления.

– Это будет лучше для тебя.

– Прокляну. Гнить будешь всю жизнь, ты и все твои родственники, от матери до дальней тетушки! – лежащая на полу голова проводила взглядом взлетевший под потолок меч.

– Некому кроме меня больше гнить.

– Деньгами одарю!

В ответ меч Мэрган упал вниз. Вместе с самой девушкой. Зашедшее за спину палача туловище довольно отряхнуло руки с которых только что сорвалась крошечная трескучая молния, после чего бережно подняло голову чародея.

Зашипев, Мэрган осторожно ощупала свою шею. Обожженная кожа отозвалась болью. Оторвав щеку от необструганных досок, палач с трудом приподнялась на локте осматриваясь. Чернокнижник обнаружился в шаге от нее. Голова чуть дальше – наблюдала с обломков стола.

– Ну как самочувствие? Учти, это только задаток. Только задаток. Ночь для тебя будет длинная, – голова усмехнулась, с откровенным любопытством наблюдая за палачом.

Отчаянный стук в дверь был столь неуместен и неожидан, что палач с колдуном недоуменно переглянулись.

– Пошли вон! – черный маг сжал кулаки, зло косясь на дверь.

Стук не смотря на его крик не прекращался, сопровождаясь все усиливающимся женским рыданием. Помяну бесов и зло пнув табурет, чернокнижник быстро подхватил свою голову, бережно ставя ее на шею, и отошел в самый угол.

– Что разлеглась? Вставай, – колдун говорил почти не разжимая губ, чтобы голова ненароком не покинула свое место – Узнай что им нужно и выпроводи их! Расправа над тобой будет происходить под твои крики, а не под ор постояльцев.

Только бежать не пытайся бежать, все равно молнию не обгонишь.

Мэрган кивнула и медленно-медленно, чтобы не получить заклятье промеж лопаток подошла к двери. Впрочем она и так знала что может понадобится людям от человека ее рода деятельности в середине ночи.

Странная профессия палач. Он стоит на границе жизни и смерти, невольно познавая и то и другое.

Палач может убивать, но может и лечить. Он не медик, который словно голодный упырь вынужден шастать по кладбищам выкапывая гниющие трупы, дабы отточить свое умение. У палача мертвые под рукой каждый день. Да и живые тоже… Ведь кто лечить человека после пытки будет? Конечно палач. Всю жизнь проводя экзекуции палач получше врачевателя узнает тайны организма, знает куда нажать чтоб вызвать боль, а куда, чтобы ее снять.