Иной

Я представлял вас пошире, да и лицо другое воображал. Думал у вас будет большой нос. А у вас он обычный.

– Правда? – я потрогал свой нос. Ну да, вполне обычный.

– А вот скулы широковатые. В крови южане имеются?

– Не имею ни малейшего представления. Я рос в детдоме, про родителей ничего не знаю, совсем один.

Норвен хитро улыбнулся, указал на стул.

– Присаживайтесь.

– Спасибо, я постою.

Сир подал едва заметный знак охраннику и тот быстрым шагом подошел ко мне. Я едва успел повернуться, как получил тяжелый удар в живот.

Было такое ощущение, что в меня врезался каменный таран.

Я согнулся, но крепкие руки не дали мне упасть. Еще один удар. И еще. И еще.

– Покажите его лицо, – приказал Норвен.

Меня схватили за волосы и запрокинул голову, словно животному на бойне.

– Извини, не смог удержаться, – произнес сир все тем же противным голоском. – Хотелось посмотреть, как вас бьют. Но продолжим. Вы уж лучше присядьте. У нас будет длинный разговор. И, надеюсь, продуктивный.

Крепкие руки отпустили меня, и я едва не растянулся на полу.

Один из стражей придвинул мягкое кожаное кресло.

– Догадываюсь о теме разговора, – кисло произнес я, усаживаясь и вытирая выступившую на губе кровь.

– Уверяю вас – не догадываетесь! – еще шире улыбнулся Норвен.

– Что же, тогда я весь внимание. Выбора, как я понимаю, у меня все равно нет.

Разговор этот, еще не успев начаться, уже мне наскучил. Что за однообразие? Бьют и глумятся? Хотя, по поводу рукоприкладства как раз-таки всё и понятно.

Какие могли быть еще беседы с тем, кто оприходовал его жену? Удивительно, что Норвен сразу не бросился на меня с ножом и не перерезал глотку.

– Вы много плохих дел натворили, Харпер, – Норвен принялся расхаживать по комнате, не спеша, словно тигр в клетке. – Воровство, дебоширство, членовредительство, совращение замужних дам. – На последнем пункте он сделал особый акцент.

– Про меня много чего говорят, но не все из этого является правдой.

– Может быть и так. Однако же вы не будете отрицать того, что все же совершали некоторые не правомерные поступки.

Ведь и суд прошел по этому делу, и наказание вы получили вполне справедливое.

– Вы свою жену имеете в виду? – в лоб спросил я. – Если да, то тут я с вами не соглашусь. Наказание не справедливое, я считаю. За что же мне смертную казнь, если я ничего никому плохого не сделал? Напротив, только удовольствие доставил.

Норвен никак не отреагировал на эту фразу, и меня это смутило еще больше.