Пожиратели миров. Излом

Не сразу я понял, что меня смутило в виде этих животных. И только когда я пригляделся, то обнаружил, что заблуждался. Это были не собаки. Гиены. Настоящие, мать их, гиены!

– Жорик, след! – прохрипел незнакомец, пристально оглядывая окрестности.

Я спрятался под кустом, но лишней надежды не питал. Обнаружить меня – дело нескольких минут.

– Я чувствую – человек где-то здесь, – незнакомец шумно втянул ноздрями воздух, закрыл глаза, облизнулся.

– Замечательно! Поедим сегодня!

Последние сомнения по поводу того, кем же хотят полакомиться пришедшие, ушли прочь.

Становится ужином мне не хотелось, и я решил обратится в черного, чтобы отбиться от каннибала и его питомцев.

Одна из гиен, словно поняв своего хозяина, визгливо захихикала. Вторая стала принюхиваться.

– Постой, – вдруг прошептал человек, прищурившись. И обратился к зверью. – Жорик, ты тоже это чувствуешь?

Гиена облизнулась, склонила передние лапы и прижала голову к земле.

– Да, чувствуешь! Нездешний. А нездешних мы не едим.

Выходи! Не бойся.

Я замер.

– Ты где-то рядом, моих ребяток не обманешь, – продолжил незнакомец. – Да и у меня прекрасный нюх. Можешь выходить, мы тебя не тронем. Чужаков, тех, кто действительно не с этих мест, мы не едим – не хотим вновь подхватить черную болезнь.

Некоторое время я размышлял. Потом все же решился и вышел из кустов. Спросил:

– Что за черная болезнь?

– Не ошибся, – проигнорировав мой вопрос, ухмыльнулся незнакомец.

Мне удалось рассмотреть его ближе, и я едва смог сдержать отвращение.

Что-то в его лице было неестественное, словно это и не человек был вовсе, а неведомый монстр натянул на морду маску и ту всю перекосило. Землистый цвет лица, зарубцевавшиеся кривые шрамы, взбухшие вены. Незнакомец больше всего походил на покойника.

– Не ошибся, – повторил тот, осматривая меня с ног до головы своим безумным хамелеонским взглядом. Господи, как у него получается шевелить зрачками по-разному? Словно каждый живет своей жизнью. Незнакомец выдохнул: – Чужак.

– Меня зову Костя, я с базы «Свобода», что возле Пятой. А ты кто будешь?

– Кос-тя, – медленно повторил незнакомец, словно пробуя новое слово на вкус. – Здравствуй, Кос-тя. Я – Жюль.

Незнакомец протянул свое имя с такой напыщенной гордостью, далеко вперед вытягивая потрескавшиеся обветренные губы трубочкой, что я не смог сдержать смешка.

Гиены недобро оскалились, начали рычать.

– Тише, дети мои. Чужаку неведомы наши законы. Ему простительно.