Пожиратели миров. Вторжение

 – Что с ними сейчас? Где они? Смирнов, ты в какую их палату разместил?

– Я… – начал тот и не договорил.

– Я один пришел, – за него ответил Купорос, хмуро поглядев на шефа. – Кулькова и Шилова эта тварь загрызла.

Петрович грязно выругался. Начал ходить по комнате, потом замер у кушетки. Стараясь подпирать слова по приличнее, спросил:

– Что за зверюга такая, что двоих уделала?

– Не знаю, раньше таких не видел. Вся черная, выше меня ростом. На человека похожа по форме, только мускулистая вся, и глаза желтые.

Она их и задрала сразу. Выскочила из кустов, бесшумно. Я начал по ней шмалять, но тоже получил ранение, – Купорос продемонстрировал забинтованную руку.

– Что там, сильно задело? – спросил Петрович у Смирнова.

Тот пожал плечами.

– Жить буду, – вновь за него ответил Купорос.

– Значит не сильно, – хмуро произнес Петрович. – Значит так. Костя, берешь сейчас Купороса, еще пару ребят покрепче, и дуйте на то место, где была засада.

Достаньте мне этого монстра хоть из-под земли! Живого, а лучше мертвого! Ну и ребят захвати, если осталось что. Если не получится, тогда похорони на месте как полагается, с почестями.

– Но как же… – пролепетал Купорос, показывая руку.

– Нормально, – отмахнулся от него шеф. – Рука – не нога. Ходить можешь, значит проведешь ребят до места стычки.

– Так ведь…

– Отставить споры! Костя, задание понял?

– Понял, – кивнул я.

– Тогда выполнять.

– Есть.

Купорос еще попытался что-то возразить, но Петрович посмотрел на него таким суровым взглядом, что тот благоразумно замолчал.

– Костя – за старшего.

Эта фраза явно не понравилась Купоросу, он демонстративно отвернулся, фыркнул. Оно и понятно. Купорос не отличался хорошим характером, напротив, был резок со всеми, нелюдим. Парни с его бригады, с кем я общался, намекали на его амбиции на должность Петровича.

Но, судя из сегодняшнего разговора, не судьба. Не знает еще просто, вот и выеживается.

– Федор Петрович, – обратился я к командиру.

– Чего?

– Нам бы патронов со склада взять.

– А твои где? – насторожился старик. – Потратил все?

Да, такого не проведешь.

– Говорю же, на Пятой улице стычка была, пришлось потратиться.

– Твою мать! – не вытерпел Петрович. Глаза его налились кровью, правое веко задергалось.