Период распада. Триумф смерти

И вдруг почувствовал какое-то шевеление в темном дальнем углу своего убежища. Шибануло в нос чужим духом, застоялым, жировым, и дышать от этого смрада мгновенно стало невыносимо. И как сразу его не учуял?

Кто-то прятался во мраке.

Каша совсем растерялся, замер от сковавшего тело мгновенного страха, не зная, что делать дальше, боясь даже обернуться. Бежать бы к спасительной сараюшке, что находилась возле дровника, туда, где стояли еще с лета косы и мотыги, но с той стороны тоже надвигалась смертельная темная сила, пахнущая плотно и чуждо.

«Стая», – понял старик, услышав на улице рык.

Зверь тяжело втянул воздух, и от этого действия что-то внутри его горла застрекотало, будто там завелось какое-то ядовитое насекомое. Каша не сразу смог рассмотреть чужака, щурясь со сна в предутренней мгле. Увидел шишковатый лоб зверя, передние лапы, мощные, обтянутые пыльного цвета кожей. Еще разглядел желтые клыки и шероховатый язык.

Мертвая землистая тень упала к самым ногам Каши.

Зверь выступил чуть вперед и встал в дверном проеме, закрывая путь к отступлению. Кожистый загривок под самой пастью угрожающе заколыхался, начал раздуваться и опадать, давая недвусмысленный знак, что сейчас будет атака.

«Мутант», – пришла догадка. Таких образин раньше видеть не приходилось. И на волка похож, и одновременно на жабу какую-то распухшую. Больше всего, конечно, пугала пасть, сплошь усеянная несколькими рядами острых как иглы клыков.

Каша вышел из оцепенения, поднялся, сделал маленький шажок к окну.

Монстр оскалился, из мощного тела раздался трубный рык. Действия человека ему были явно не по душе.

«Никак сам черт из преисподней явился за мной! – подумал старик, вновь замерев. – Не напал сразу, потому что не знает, что от меня ждать. Видать, был опыт общения с людьми».

Каша успел рассмотреть серую в бородавках кожу на груди твари, всю в рубцах. Ножом били? Или с себе подобным дрался? Значения это не имело. Все равно у Каши с собой нет ни ножа, ни пистолета, ни даже рогатки.

Автомат сдуру вчера на поленницу положил, а до нее теперь не дотянуться с его места, если только мутанта согнать в другой угол, а просто так с голыми руками на такую махину идти совсем нет никакого желания.

Остается только одно – бегство. Каша схватил подвернувшуюся под руку дровину, швырнул в зверя, а сам рванул в противоположную сторону. С радостью отметил, что отдых и крепкий сон заметно прибавили ему сил.