Период распада. Исход чумы

Но победа все же оказалась за парнем. Отведя железяку в сторону на то расстояние, чтобы можно было едва протиснуться, беглецы шмыгнули внутрь.

Проход оказался еще меньше первого, но в отличие от прошлого здесь пахло иначе, не соляркой.

«Воздух! – затрепыхалось под самым сердцем Глеба. – Свежий морозный воздух! И сквозняк!»

Это почувствовала и Вика, ускорила шаг. Начала сама невольно торопить:

– Быстрее! Быстрее!

Вскоре ворон вывел их к решетке из профлиста, из всех щелей которой пробивался свет.

Птица каркнула, клюнула решетку.

Глеб понял знак, кивнул. И выбил ногой преграду. В ту же минуту ослеп – свет ударил мощный, белый до рези в глазах.

– Выбрались! – зашептала Вика, выползая наружу. – Выбрались!

– Выбрались, – устало кивнул Глеб, понимая, что это только начало. Самое сложное, словно десерт, оставалось напоследок.

* * *

База «Купол»… сколько же сил в нее вложено! И моральных, и физических, и финансовых. Сколько лет потрачено, чтобы завершить все до конца.

И эти траты стоили того.

Цель оправдала средства. Если бы не дальновидность Петра Алексеевича, то где бы вы сейчас все были? В могилах. А то и просто валялись бы и гнили под солнцем. Зараза никого не щадит. А вот он смог подчинить ее себе. И теперь он – хозяин мира. Пусть и мир этот ограничивается таким небольшим пространством. Две тысячи двести метров территории в длину, тысяча пятьсот сорок в ширину. Еще пять уровней вниз, под землю. Жилые блоки. Муравейник.

База, на которой есть все, чтобы жить.

Вентиляционные установки, словно легкие, фильтруют воздух, три степени очистки, одна сверхтонкая ступень фильтрации.

Система охлаждения и подогрева. Летом поддерживается приятная прохлада, зимой – тепло. Настоящий рай!

Очистка воды – новейшая система на пяти степенях очистки, среди которых есть даже очистка сквозь серебряные фильтры. Вода после такой обработки словно родниковая.

Тройной периметр внешней защиты – словно кожа, панцирь и броня. Через нее никто не проберется.

База «Купол» – это настоящий организм, живой, молодой!

Впрочем, как и любой живой организм, и у этого случались кое-какие сбои. Нет, в плане техники все шло идеально – ни одной поломки за все три года работы. Как по часам. А вот с теми, кто жил на базе, что-то творилось.

Петр Алексеевич чувствовал это. Люди, живущие в коттеджах «Купола», в открытую ничего не говорили. На все вопросы лишь дежурно улыбались, кивали, говорили что-то банальное, что все хорошо.