Щепотка яда на любовь

Значит, потолкуем?

– Потолкуем. Только я вам не Ева.

Парни немного растерялись, даже вернули меня на землю. Я терла плечи и косилась на всех поочерёдно.

– Как это не Ева? – очнулся первым командор, то есть Вадим.

– Вот так, – пожала плечами я. – Не Ева.

– А кто? – влез парень слева.

Вопрос компрометирующий, отвечать на него я не собиралась.

– Да она по мозгам нам ездит, – очнулся тот, что справа.

– Может, по ушам? – поправила я.

– Я тебе сейчас по ушам дам! – разозлился он, и я притихла.

Вадим, пребывавший в глубокой задумчивости, долго смотрел на меня.

– Шутишь, да? Больно весёлая?

– Нет, – спокойно ответила я. – Терпеть не могу шутки.

– А вот мне кажется…

– Креститься надо. Мне вот ничего не кажется.

Мне очень хотелось бы знать, чем закончится наш глупый диалог, но Сонька, как всегда, внесла свою лепту. А случилось вот что…

Зазвонил мой мобильный, мы дружно переглянулись. Вадим, предупредив, чтобы я не рыпалась, нагло полез ко мне в сумочку. И тут на громкой связи Соня заорала:

– Ева, я что забыла сказать… Ты ко мне дуй, про Декабристов забудь.

Вадим улыбался лучезарнее прежнего.

– Могу ответить? – тихо спросила я.

– Можешь, – кивнув, прошептал он.

– Соня, я тебя, конечно, люблю, – начала я высказывать подруге, – но за сосисками дуй сама.

– Почему это? – не поняла она.

– Потому. Меня сейчас на кусочки порвут, а ты говорила, что не вляпалась.

– Так я и не вляпалась.

– Ага. Вот я вернусь… Если, конечно, вернусь. То и от тебя кусок оторву, чтобы обидно не было. Поняла?

– Честно? Не очень. Ты какая-то спокойная.

– Жаль. Тогда напрягай мозги. В отличие от меня они у тебя должны лучше работать, – сказала я и снова вздохнула, потому что Вадим сбросил звонок.

– Ну и чего? – усмехнулся он.

С пояснением я не медлила.

– Я что имела в виду… Я вам действительно не Ева. Я Ева Александровна. Вот.

Все трое заскрипели зубами, а потом здоровяк справа взял и заорал:

– Да я тебя сейчас! – ещё и замахнулся.

Тоненько взвизгнув, я выставила руку, зажмурилась и упёрлась спиной в другого паренька-здоровяка.

– Не визжи, – сказал тот и попытался закрыть мне рот лапищей, но я в ответ укусила его. Он тоже завизжал, вопя: – Пусти, дура! А-а-а… Бестолочь, зубы расцепи! Я же выбью их… Мать твою!

Я не расцепила, даже крепче сжала, но додумалась распахнуть глаза.