Желанная жестокость

Они сняли шлемы и, не сговариваясь, подошли к перилам. Посмотрели на отблеск коралловых лучей из-под облаков, отражающихся в реке.

Дима повернул к ней голову, посмотрел со сдерживаемым нетерпением.

– Какой у тебя адрес?

Она смутилась. Теперь стало ясно, почему он остановил байк. А она уже размечталась.

– Озерная, 20.

Они еще посмотрели какое-то время на реку, потом вернулись к мотоциклу. Она села и сама обхватила Диму руками, но слабо, робко. Он поправил ее руки, сжав их вокруг себя плотнее. И они поехали.

Эти несколько движений, которые для него ничего не значили, для нее стали целой романтической историей.

Он касался ее. Она касалась его. Они мчались вместе, разбивая ветер, по мосту на крутом мотоцикле. А до этого он стоял на дамбе и ждал ее. Так долго. Должно быть, около часа. И все это время он ведь… думал о ней?

Ей отчаянно хотелось, чтобы эта волшебная поездка не заканчивалась. И снова ей показалось, что он услышал ее мысли – Дима поехал самой дальней объездной дорогой.

Они прибыли к ее дому уже в полной темноте.

Дима остановил мотоцикл, но мотор не заглушил. Она слезла, стащила шлем. Протянула ему. Он взял, едва взглянув на нее.

– Спасибо, – произнесла она, не в силах скрыть неловкость.

Он не ответил. Может, и не услышал из-за шлема. Повесил ее шлем на руль, а потом просто стартанул и уехал.

Она еще долго стояла на улице, глядя ему в след. Прокручивая в памяти их встречу на дамбе, их остановку на мосту. То, как он надел на нее шлем. Решительным, но осторожным движением.

Как взял ее руки в свои и поставил себе на пояс, заставив обнять себя.

Лежа потом в слишком большой для нее одной двуспальной старинной кровати в своей съемной квартире, она проматывала весь этот день в голове вновь и вновь. Их с Димой первую встречу в метро. Его взгляд, когда он брал кофе. То, как насмешливо он взглянул на нее, когда вошел в офис.

И все это случилось лишь за один день!

Она не представляла, как ей смотреть ему в глаза после всего своего вранья.

И переживала, что он расскажет на работе о ее выходках.

"И все же он дождался меня. Это ведь было не случайно. Он дождался меня!" – с этой мыслью она уснула. Чувствуя счастье. И боль. Потому что понимала – для него все это не значило ровным счетом ничего.

Глава 5

На следующий день Ульяна шла на работу, как на казнь. Чувство неловкости только возросло. Ей было стыдно. Неудобно. Неловко.

Мелькнула даже мысль остаться дома под видом больной.