Дневник рака

Но я уже не могла остановиться:

"Мне это обойдется в 40 латов, которые я могла бы потратить на детей, а не на бензин, я потеряю целый день в дороге. Мне ехать 8 часов туда и обратно." И мысленно продолжила "Ты вот БОЛТАЕШЬ про семью, а у меня ее больше нет, я совсем одна справляюсь с детьми. И, несмотря на свои проблемы, я держусь и не обременяю никого своими проблемами. Не БОЛТАЮ о своем одиночестве.

И вслух продолжила:

"Я просто спросила, чтобы потом не мучиться и не упрекать себя, почему не спросила, может, такая услуга вас бы не обременила… не нужно усложнять ситуацию.

Ведь я совсем не хотела ничего плохого. Доктор, если я вас обидела, я вовсе этого не хотела! Не важно, я вас поняла, вы не можете…"

Этими словами я вызвала такую агрессию! Но я попыталась исправить ситуацию и успокоить врача:

'Я просто спросила, нет так нет, все в порядке, доктор!'

И разозлила ее еще больше:

'Я всегда иду навстречу всем, видите, сколько у меня записей пациентов. Почему? Потому что не могу отказать.

Но мне нужно уделять время своей семье!'

Конечно, я все поняла, что и она тоже всего лишь человек, что она тоже не железная. Но на работе она не имеет право нарушать границы и отказывать под предлогом права на частную жизнь и обвинять меня в том, что другие пользуются ею и что она очень обижена на это. Она могла бы отказать корректно, без агрессии. Я поняла, почему она так агрессивно реагировала, но меня тоже уже захватили эмоции. И я позволила себе тоже нарушить дистанцию и показать ей свое место.

'Вы так резко отреагировали, потому что чувствуете свою вину из-за своего отказа. Все в порядке, доктор!'

'Я вообще не чувствую себя виноватой! Вы можете приехать, это вам нужно, а не мне, вы за это получите пособие. У вас нет таких серьезных проблем, чтобы что-то такое требовать!'

'У МЕНЯ нет, согласна. И ДА, У НАС нет таких серьезных проблем, почему вообще начинать эту процедуру по инвалидности?'

'Я не в состоянии принимать решение, я только напишу заключение, но комиссия уже оценит и примет решение.

Все! Позовите следующих пациентов!'

Мы ушли с Эммой, как нашкодившие школьники, которых обругала строгая учительница.

Мы были в шоке, я чувствовала себя такой глупой, хотелось плакать, как маленькой девочке. Дочь была в шоке, такой врача она видела впервые. Эмма рассказала о своих чувствах:

'Мне было так страшно, будто я сделала что-то очень плохое.