Русская сага. Дорога без конца. Книга четвёртая

Алёна с Сергеем уже загрузили в машину последние пакеты. Сергей сел за руль, дочь села рядом с ним. Они ещё раз вспомнили, всё ли взяли. Неожиданно Сергей повернулся к Ине и спросил, не приходила ли она сегодня в квартиру? Она удивилась вопросу и ответила, что не приходила. Ксюша летом жила на даче, иногда дочь просила забежать к ним что-то сделать, но редко. Ина по максимуму старалась не вмешиваться в их жизнь, что пошло на пользу обеим сторонам. И тут Сергей поделился невероятным событием:

– Я сегодня днём заехал домой за забытыми документами и увидел кровь в прихожей, потом в зале и на лоджии, а в уголке лежала почти мёртвая птичка.

Окна были открыты только на проветривание. Как она могла залететь в квартиру? – удивился он.

– Куда ты её дел? – спросила дочь с тревогой.

– Выбросил, всё помыл…

Зять был явно не в себе из-за этого случая, он нажал на газ, и они поехали на дачу, где их ждала доченька-внученька и бабушка с дедушкой.

В понедельник утром они вернулись в Москву, а во вторник Ина уехала с Максом на его дачу.

Там их ждало нерадостное известие: накануне умер родственник Семёныча и постоянный гость Макса Кузьмич. Его нашли утром возле скамейки соседей. Он жил один в своём доме, жутко страдал от ревматизма, от боли пил, но меру знал. Скорая помощь увезла почившего соседа в морг, потом приехала сестра, чтобы подготовить всё к поминкам. Вечером она зашла к Максу, попросила помочь с похоронами, а потом сказала:

– Представляете, захожу в дом, а там внутри бьётся об окна голубь.

Откуда он взялся, если двери и окна были закрыты?

У Ины сжалось сердце, в подсознании заплескалась тревога, она вдруг вспомнила: в сентябре дочь с зятем купили для Ксении стол, а столик с зеркальной столешницей они решили вернуть ей. Вечером Серёжа подъехал к подъезду, Ина вышла навстречу. Вдруг столешница выскользнула из рук Серёжи, упала и зеркало разбилось вдребезги. Серёжа растерялся, а Ина успокоила: ничего страшного…

В конце августа умер Ник, любимый друг Макса, которому по человеческому летоисчислению было уже много лет.

Макс очень переживал. Последнее время приметы смерти и сама смерть окружали со всех сторон…

Мой генерал?

Я не сдавался. Начинал сначала.

Но каждый раз проигрывал свой бой.

И, наконец, любовь моя увяла,

И притворилась грубой и слепой.

    (Наум Коржавин)

Ина вспоминала прошедшее лето… Остатки её зимней депрессии окончательно исчезли после продолжительного отдыха в Испании с дочкой и внучкой.