Приветы с того света

Мама с детства внушала ей, что она должна пользоваться своей красотой, блистать на пьедестале, что бы однажды, её заметил достойный мужчина и Ника удачно вышла замуж, а не так как «её бедная мать, всю жизнь одна, с ребёнком на руках». Эту фразу Ника слышала очень часто, и каждый раз она брезгливо морщилась. Ведь мать вовсе не была одна. С тех пор, как из семьи ушел отец Ники, её мать занялась «активными поисками» кандидата на роль нового отца для девочки. Отец ушел, когда Нике было 2 года. Сейчас Нике 27, и все эти 25 лет её мать в поиске.

Мужчины сменялись в их доме чаще, чем Ника успевала запоминать их имена. Она жалела мать, и никогда не противилась её «новому счастью». К тому же, с тех пор, как мать отдала её в танцевальную школу, у Ники просто не было времени замечать маминых кавалеров. После ухода очередного возлюбленного, который не выдерживал этой любви и характера Елены Павловны, Ника подолгу утешала мать, гладила её по голове и ухаживала как за больным ребёнком. Мать в слезах лежала на коленях дочери, которая и сама ещё была ребёнком, и учила её уму – разуму: как нужно вести себя с мужчинами, и что «им кобелям, только одно и нужно», «что бы её умница – красавица не вздумала раздвигать ноги перед всякими проходимцами». Она достойна только самого лучшего, самого богатого мужчины, и она, Ника, должна вытащить их из нищеты. Эти наставления плотно отпечатались у девочки в памяти, как и слова об её «поддонке – отце, который бросил несчастную женщину с ребёнком». Елена Павловна с детства внушала дочери ненависть к родному отцу, и никак не хотела признавать того, что он ушел из – за постоянных скандалов, которые устраивала Елена Павловна. Он просто не выдерживал этих претензий и капризов жены, и однажды, ушел к тихой и робкой женщине Любочке, которая была бухгалтером на его учреждении. Елена Павловна воспылала ещё большей ненавистью к мужу, и охотно передавала её дочери. Она запретила Семёну Фёдоровичу видеться с дочерью, пригрозив, что если он хоть приблизиться к ней, то она «обольёт морду его суке кислотой». Семён Фёдорович подозревал, что жена на это способна. И если поначалу, он ещё искал встреч с дочерью, которой мать не успела промыть мозг, то с возрастом Вероника и сама не желала его видеть. Так они больше и не виделись. Но, Вероника не сильно убивалась по этому поводу – школа, танцы и вечные любовные драмы матери не оставляли ей времени для тоски. Она росла с мыслью, что она – самая лучшая, самая красивая и весь мир должен вертеться вокруг неё.