Невеста. Часть 3

Главное, что все живы и здоровы, – Бурьян бросил обеспокоенный взгляд на свою невменяемую жену. – Ну, почти все.

Булат и Буян сидели на диване по обе стороны от Яры и гладили ее по голове и плечам, пытаясь деликатно привести мать в чувство. Близнецы с разбитыми лицами и заплывшими глазами от гематом выглядели подавленными и обессиленными. Все оборотни одновременно бросились к дому, когда поняли, что беда близко, но каратели остановили двуликих, раскидав их по углам, как маленьких котят. У них не было ни единого шанса даже поцарапать тех, кто нес в массы закон и порядок.

***

Дом Бурьяна. Главный зал

– Объясняю еще раз для непонятливых, тупых и убогих. Мишка – оборотень, но ее зверь мертв, – я устало растеклась на кресле и брезгливо посмотрела на свою обожженную ладонь. Болячка была покрыта мазью, но кожу все равно пекло и дергало. – Блин, как щиплет.

– Ворон, ты что-нибудь почувствовал, когда протянул ей руку? – Астат вел допрос с пристрастием, но вместо ответов он получал еще больше вопросов.

– Я ничего не почувствовал. Системы не зафиксировали всплеска энергии.

– Серьезно? Конечно, он ничего не почувствовал. Вы эту детину трехметровую видели? – я прикрыла глаза и продолжила язвить. – Ворон как атомный мотоблок. Им всю страну можно вспахать вдоль и поперек минут за тридцать и это с пятью перекурами.

– Может, это спектакль? – подал голос Оникс. – Оборотни узнали, что мы должны прийти в их клан, и разыграли для нас сценку с воскрешением.

– Нет, такими дебилами невозможно стать, ими можно только родиться! – все мое терпение лопнуло, и меня понесло в неизвестные дали.

Черные бармалеи меня не воспринимали всерьез и выдвигали самые бредовые теории, которые только мог сгенерировать их воспаленный коллективный мозг.

– Веста, ты жива! – Мишка влетела в мои объятья и начала истерически рыдать. – Я слышала голоса. Они говорили со мной стихами.

– Подробнее! – в момент я напряглась и отстранила от себя малолетку, пристально заглядывая в ее зареванные глаза.

– Ну, они что-то шептали складно и бла-бла-бла, – девочка тут же поникла и ссутулилась как рыболовный крючок, – Я не помню.

Я даже стихи Пушкина выучить не могу, – она хлюпнула носом и снова заплакала. – Все тело болит. Мне так страшно.

– Какое «бла-бла-бла»? Мишка, собери мозги в кучу. Если это были тени, то они очень жестокие ребята и ошибок не прощают, – я встряхнула дуреху и снова поймала ее затравленный взгляд.

– Они сказали, что тебе придется согласиться.