Ворон из пустого гроба

Кто старое помянет… – закивал он энергично, и Юкия улыбнулся еще шире.

– Но и фамильярничать я не собираюсь. «Побег» Итирю, стань моим наставником!

Увидев, как Юкия склонил перед ним голову, Итирю решил, что настал конец света.

– Ну… ладно. Будем друзьями, – кое-как выдавил он из себя.

Глаза его почему-то напоминали глаза выброшенной на сушу рыбы. Он явно упал духом, и Сигэмару начал волноваться, но успокоился, когда сэмпай повел ребят посмотреть академию.

– Подъем с восходом, – на ходу и с каким-то отчаянием рассказывал Итирю об академии.

 – По утрам, в начале и конце занятий звонит колокол в башне. Если жить по колоколу, без еды не останетесь. Иногда случаются «налеты» – вот тут не зевай.

– Налеты?

– Срочный сбор, когда имитируется что-то неожиданное, например нападение на Кэйсоин. Тревогу могут забить и когда идут занятия, и во время сна. Тогда надо хватать только кадзё и бежать на площадку перед большим лекционным залом.

– А что такое «кадзё»?

– А вот что. – С шуршанием распустив алый шнурок, Итирю вытащил висевший на поясе меч.

Ребята попросили дать им рассмотреть его и заметили, что он легче, чем кажется. Ножны были покрыты черным воском, а неброский орнамент выглядел великолепно.

– Похож на настоящий, но на самом деле это искусно вырезанный бамбуковый меч. Вам тоже скоро такие выдадут. Они означают, что вы учитесь в Кэйсоин. У «стволов» они украшены черными камнями, у «побегов» – белыми. У вас должны быть зеленые. Всегда держите мечи при себе и не теряйте, что бы ни случилось.

Кадзё полагалось возвращать в Кэйсоин, когда воспитанник заканчивал обучение, а потерявших меч тут же изгоняли из академии.

– В день последнего экзамена те, кто сумел стать Ямаути-сю, получают вместо кадзё настоящее оружие.

Мальчики поблагодарили и отдали меч Итирю. Он привычным движением вернул его на прежнее место.

– Сразу после подъема проходит утренняя тренировка. Затем – завтрак. Завтрак и обед нам готовят, мы только сдвигаем столы вместе. После еды их нужно убрать, в столовой остаются «семечки», расставляют парты рядами и продолжают учиться.

С утра всегда лекции, а после обеда почти сплошь тренировки. Зал убирают те, кто занимался последним, готовить ужин помогают дежурные, а дежурят комнатами по очереди. В начале месяца у входа в столовую вывесят график. Если никаких вечерних тренировок нет, занятий после ужина не бывает. Однако если вы спросите: «Неужели в это время ничего не надо делать?» – то нет.