Ворон из пустого гроба

Для своего возраста он говорил довольно спокойно. Услышав извинения от сына дома Сокэ, глава академии медленно покачал головой:

– Что вы! И Кэйсоин, и Ямаути-сю – все мы принадлежим дому Сокэ. Для нас великая радость, что вы почтили церемонию своим присутствием. Прошу сюда.

Он указал на сиденье перед алтарем, подготовленное специально для представителей дома Сокэ, однако Нацука не спешил его занять. Он подошел к строю воспитанников и не спеша оглядел их. Отстав на шаг, за ним следовал Рокон и остальные подчиненные.

– Друзья-«семечки», во-первых, поздравляю вас с поступлением в академию. Я очень рад нашей встрече и горжусь ей, – звучно говорил он. – В последние годы связь между Кэйсоин и домом Сокэ ослабла. Я считаю, это было крайне несчастливым обстоятельством и для тех, и для других. К сожалению, Его Высочество не смог попасть сюда сегодня, однако намерен непременно выбрать время и посетить Кэйсоин. Ведь мы находимся на рубеже эпох.

Нацука продолжал говорить, не изменившись в лице.

– Вторжение обезьян нанесло нам большой ущерб. Ни Кэйсоин, ни Ямаути-сю, ни даже сам дом Сокэ не смогут жить как прежде. Не только вновь поступившим, но и уже начавшим обучение воспитанникам придется соответствовать новому времени.

Нацука сверкнул глазами и обвел взглядом зал.

– Будучи мечами и щитами Золотого Ворона, вы и я находимся в одинаковом положении. Оберегать своего повелителя и спокойствие в стране Ямаути будем мы. Тот, кто не испытывает гордости за это, не должен получить меч.

От крика «Есть!» дрогнул воздух, и все воспитанники отсалютовали в ответ. Каждый соединил руки под грудью ладонями вверх, и этот жест означал, что третью ногу в своем птичьем облике они отдают господину. Получив от всех ребят в зале по невидимой конечности, Нацука удовлетворенно кивнул. После заключительного слова все вышли следом за главой академии.

– А господин Нацука действительно дружен с Его Высочеством! – После церемонии Сигэмару нагнал Юкию, и они вместе отправились в столовую, чтобы узнать о предстоящих занятиях.

– Конечно. Он ближайший сторонник наследника, хотя тот не любит, когда его слишком опекают.

– Я впервые вижу ятагарасу из дома Сокэ. Какой он… величавый! Хотя не заносчивый.

Пока они так болтали, у входа выросла чья-то тень. Не успел Сигэмару понять, кто это, раздался глубокий вдох.