Катана для оргáна

Полковник и подполковник подняли головы, посмотрели друг на друга и одновременно произнесли: – Что за х… ня?!

Тридцать минут спустя, дверь кабинета открылась, и в коридор высунулась голова Василия Игнатьевича с изрядно раскрасневшимся лицом.

– Лейтенанта Круглых ко мне! – мощно гаркнула голова и снова исчезла за дверью.

Когда лейтенант вошёл в кабинет и вытянулся – повашприказприбыл! – сквозь табачный дым с примесью запаха спиртного он разглядел над столом два красных лица, направленных на него словно две пушки главного калибра.

– Ухо было левое или правое? – спросило одно красное лицо.

Лейтенант задумался, сделал несколько движений руками, словно примеряя воображаемое ухо к своей голове, и неуверенно ответил: – Кажись, левое.

– Ага. Ну и где оно? – спросило другое красное лицо.

– Так товарищ подполковник, вы же ж сами… Я же ж сам вам… Не могу знать!

– Не можешь знать, а шо тогда генералу кляузы строчишь?!

– Это не кляузы, тов…

– А импортную машинку ты, случайно, где достал, писарь? – перебил его полковник Пуляев вкрадчиво.

– У маминого дяди одолжил, тащполковник. Он на ней мемуары пишет, а ему подарили на юбилей.

– Ишь ты! – ехидно произнес Пуляев, обращаясь к Рукастому. – Значит, у него там вся семья такая… писательская!

– Никак нет! Деда, то есть Прохор Пафнутьевич, он не писатель, он тоже из органов.

Начальники переглянулись.

– Погоди-ка, а фамилия его, случайно не…

– Так точно, Стрельников… Генерал-майор! – лейтенант Круглых явно был доволен, сообщая эту информацию начальству, хотя и пытался придать лицу невинно-глуповатое выражение.

Возникла неловкая пауза, в ходе которой полковник продолжал пристально смотреть на подполковника, а тот, не менее пристально – в окно. В окне сквозь молодую листву сияло чистое весеннее небо. В клеточку.

– Ну вот, что, лейтенант, – наконец сказал полковник Пуляев, встав и подойдя вплотную к Круглых. – Выговор я с тебя снимаю. Объявляю благодарность за… мм.. наблюдательность и рвение.

– Так точно, товарищ полковник!

– Так. И что, по-твоему, я должен доложить товарищу генерал-майору?

– Не могу знать!

– Ну иди, орёл.

Лейтенант вышел и закрыл дверь. Полковник, всё ещё стоя возле двери, повернулся и задумчиво посмотрел на Василия Игнатьевича, старательно делавшего вид, что всё это его не очень касается.