Катана для оргáна

Напустив на себя вид заговорщика, за которым следят, Мокинелли осторожно посмотрел налево и направо, потом наклонился над столом и сказал:

– Благодаря мне, Чайковский вступил в интимную связь с Брамсом, которого он ненавидел.

– Я понимаю, что вы шутите, синьор Мокинелли, но не понимаю о чём.

– Какие могут быть шутки, – произнёс маэстро понизив голос, – я не мог допустить, чтобы мой духовой оркестр скучал, иначе бы они стали резаться в карты прямо во время игры.

Поэтому я взял интермедию из Четвертой симфонии Чайковского, где сплошные фанфары, и совокупил её с адажио до мажор Брамса в четвертой части.

– Но… простите, насколько я помню, у Чайковского же фа минор!

– Именно! Получается совершенно умопомрачительная каденция. И главное, все вовлечены в процесс соития… Впрочем, это, наверное, не очень подходящая аллегория, – добавил он лукаво. – А вы чью-нибудь игру отметили?

– Не могу выделить кого-то одного, – осторожно высказался Роберто.

 – Впрочем, нет. Наверное, синьор Дженти. Я услышал в нём большого профессионала.

– Да, это так, – подтвердил Мокинелли. – Но я бы хотел обратить ваше внимание на основной язык, на котором вам придётся говорить с музыкантами во время исполнения – о движениях.

– О! Можете не продолжать! Я прекрасно понимаю и чувствую свою деревянную ограниченность в этом.

– Ну-ка поподробнее. Ничего, если я буду в это время жевать?

Роберто бы и сам насладился вкусом еды, тем более что за целый день он изрядно проголодался, но рассуждать о высоких материях с набитым ртом он не мог себе позволить. Поэтому он лишь отпил немного воды из стакана.

– Нас учили, что язык движений дирижёра – это не такие естественные для человека движения, как походка, работа рук или ног при занятии спортом или даже в танцах.

Поэтому и не сложилось единого языка. Это раз. Но если каждый будет выражать музыкальную мысль своим собственным невербальным набором, то как же его поймут оркестранты, особенно в случае с приглашённым дирижёром?

– Вы не упомянули, что у каждого оркестранта тоже имеется свой собственный опыт восприятия дирижёров и выражения эмоций. И соответственно свои ожидания.