Какого цвета убийство?

Как знать, какие сведения еще сольют? А если все же…

«…выплатить двадцать пять миллионов в обмен на охрану своей неприкосновенности…»

Хельмарк помотал головой. Он сомневался, что письмо настоящее. Разве жена Юнггрена не сказала бы им, что ее мужу угрожали? Но Сара могла и не знать. Они же давно «не говорили по душам».

Какому-то психу просто повезло. Гадал – и угадал. Сколько еще подобных писем придет в участок?

Зазвонил стационарный телефон.

– Мы только что получили письмо о казни Клаэса Юнггрена.

В нем говорится, что вы обнаружили винтовку висящей под потолком. Вы можете это прокомментировать?

Руслунд из «Афтонбладет». Кто же еще.

Хельмарк крепче сжал трубку.

– Я не комментирую ход расследования, и вы это знаете! – выпалил он, чувствуя, как дыхание его становится тяжелее.

Руслунд понизил голос.

– Получается, что это «Блазер Тактикал 2». Вам не кажется, что это, так сказать, «пальба из пушки по воробьям»? Мощная штуковина-то!

Хельмарк швырнул трубку. Но не успел он проанализировать случившееся, как телефон зазвонил снова.

– Слушаю! – рявкнул комиссар.

– Дальгрен, «Свенска дагбладет». Вы не могли бы прокомментировать письмо, только что доставленное нам? Насколько мы поняли, вы получили такое же? Речь идет об убийстве Юнггрена, Клаэса Юнггрена. Утверждается, что его казнили из-за долга в двадцать пять миллионов. Как вы прокомментируете это?

– Никак.

– Что значит – «никак»?

– Я не комментирую ход расследования!

Хельмарк положил трубку мимо аппарата, чтобы больше никто не мог дозвониться.

Потом вытащил из кармана мобильный, чтобы отключить и его. Пока он держал его в руках, телефон зазвонил – неизвестный номер. Да идите вы все к черту.

– Шеф, – в дверях возник Нильсон, приведя с собой сотрудников, которые видели злосчастное письмо.

– Забудьте, – сказал комиссар и махнул рукой, чтобы все они уходили. Это уже не имеет значения.

Пожав плечами, Нильсон вытолкал своих коллег из его кабинета. Он знал, что расспрашивать шефа бесполезно.

Глава 8

В малом конференц-зале полицейского управления стояли шаткие столы в форме подковы, а по центру перед белой доской расположился Габриэль Хельмарк. Рядом с ним стоял проектор – осколок давно ушедшей эпохи. У двери когда-то давно распорядились поставить диспенсер с водой, которую меняли примерно раз в полгода. Одна лампа дневного света свисала криво, другая не горела совсем, третья мигала раз в три секунды.