Какого цвета убийство?

 – Все решено правильно.

Она начала прыгать по комнате. Ожидала, что отец скажет, какая она молодец. Скажет, что гордится ею. Никогда раньше ей не удавалось написать контрольную без единой ошибки. Никогда.

– Ты готовилась, не так ли?

Она перестала прыгать и посмотрела на него. Кивнула, не понимая до конца, к чему он клонит.

– Если ты хорошо подготовилась, то это самое малое из того, на что ты можешь рассчитывать. Теперь ты знаешь, что ты можешь.

Поколебавшись, она открыла рот.

– Я лучше всех в классе.

– Не соревнуйся с другими, – ответил отец. – Соревнуйся только с собой.

Сложив контрольную, он протянул тетрадку дочери.

– А теперь будь умницей, дай мне закончить работу.

В молчании она вышла из отцовского кабинета, не понимая до конца, что произошло. Он ею недоволен? Она могла лучше? Но нельзя добиться лучшего результата, чем пятьдесят шесть из пятидесяти шести. Так почему же он ее не поздравил?

Медленно бредя в свою комнату в конце коридора, она ломала голову: ему не понравилась ее реакция? То, что она радовалась? То, что сравнивала себя с Хеленой?

«Соревнуйся только с собой», – сказал он.

Мама сидела в комнате, раскрыв на коленях книгу.

Дочь прошла мимо, не сказав ни слова. Положила контрольную на кровать и прикрыла подушкой. Наверное, она сделала из этого слишком большое событие. Это всего лишь контрольная по математике. Не отдохнув ни минуты, она открыла учебник английского и стала читать про Вторую мировую войну.

Глава 24

Он снял трубку после третьего сигнала, чуть не расплескав горячий кофе. Какие нетерпеливые.

– Пора.

– Кто это? – спросил Фредрик и отхлебнул из чашки. Забавно, он как раз сидел на диване в гостиной и размышлял, не пора ли что-то изменить. Эти стены выглядели так уже много лет и начали ему надоедать.

– Мы приедем за тобой ровно в два.

Фредрик покосился на часы. Без четверти два.

– Я занят, – ответил он, мысленно уже бродя по строительному магазину среди банок с краской. Сделать на тон светлее? Или вообще выбрать что-то радикальное? К черту беж – как насчет фисташкового?

Голос на другом конце проговорил:

– Машина уже едет.

Чашка с кофе затормозила в воздухе на полпути ко рту.

– С кем я разговариваю?

Собеседник повесил трубку. Фредрик, наморщив лоб, отложил мобильник.

Странно… Похоже, выбора ему не оставили.