Ганнибал

Когда они с Барни вошли в кафе, микроавтобус сдал задом в переулок, развернулся и уехал в ту сторону, откуда приехал.

Им пришлось ждать, пока в переполненном заведении освободится отдельный кабинетик. Официант орал что-то на хинди повару, который с виноватым выражением на лице жарил мясо, переворачивая его длинными щипцами.

– Давайте что-нибудь съедим, – сказала она, когда они сели. – Дядя Сэм платит. Как у вас дела, Барни?

– С работой все в порядке.

– Кем работаете?

– Санитаром. У меня диплом практикующего санитара.

– А я думала, что вы уже медбратом стали. Или даже фельдшерскую школу закончили.

Барни пожал плечами и потянулся за молочником. Потом поднял глаза на Старлинг:

– Они вас теперь выгонят – из-за смерти Эвельды?

– Поживем – увидим. Вы ее знали?

– Я ее однажды видел, когда к нам привезли ее мужа, Джона. Он уже был мертв, истек кровью еще до того, как его положили в машину «Скорой помощи». У него все выливалось наружу, когда его привезли, переливание крови ничего уже не давало.

А она не хотела смириться, не хотела, чтоб он умирал, даже драться с сестрами пыталась. Ну и мне пришлось… вы ж понимаете… Очень красивая женщина. И сильная. Ее не стали арестовывать после…

– Ага, ее освободили прямо на месте.

– Так я и думал.

– Барни, после того как вы передали доктора Лектера ребятам из Теннесси…

– Они были с ним невежливы.

– После того…

– И теперь они все мертвы.

– Да. Его охранники сумели продержаться в живых три дня. А вы протянули целых восемь лет, охраняя доктора Лектера.

– Шесть лет. Он уже сидел, когда я поступил туда на работу.

– Как вам это удавалось, Барни? Пусть вас не удивляет мой вопрос – как вы сумели протянуть так долго? Это ведь была не одна только вежливость?

Барни посмотрел на свое отражение в столовой ложке, сперва на выпуклой стороне, потом на вогнутой. Некоторое время он раздумывал.

– У доктора Лектера были прекрасные манеры, не чопорные, а свободные и элегантные. Я тогда учился заочно, и он мне помогал, делился своими знаниями.

Это вовсе не значит, что он не убил бы меня в любой момент, если бы ему представилась такая возможность, – одно качество характера вовсе не исключает наличие любого другого качества. Они могут соседствовать рядом друг с другом, и хорошие, и ужасные. У Сократа про это лучше сказано. В отделении особо строгого режима об этом нельзя забывать никогда, ни на секунду. Если все время помнишь об этом, ничего с тобой не случится.