Затянутое королевство: Приговор Лазаря

Они не сражаются холодным оружием, потому что считают его грязным придатком былых времён. Вместо мечей и копий у них исключительно элемантия, а вместо войн и политических дрязг – мир и благодать. Иногда мне кажется, что они с лёгкостью могли бы навязать нам всё это, но им подобные предприятия видимо не интересны. Они даже не видят смысла разделять гинов на старых и новых. У вас разница, ребята, только в родословной и оттенке глаз. У старых – тёмные, у новых – светлые. Вот и всё. Отсюда – и трения, и волнения.

Никто не любит тех, кто превосходит их хоть в чём-то.

– Хм… Я знал об этом, но никогда не думал, что столь незначительные детали могут породить косые взгляды. Наверное, тут основную роль играет моя неопытность.

– Это значительные детали, поверь мне, Уэйн.

– Вы наговорились? – вмешался Избранный Кузней. – Мы пришли. Вон, смотрите король идёт. Руки раздвигает, будто народ обнимает…

Равус был прав. На трибуну в центре кольца Краунфара под оглушительные аплодисменты вышел не кто иной, как Лавгут Орнийский.

Народ встретил его тысячей искренних улыбок, словно для него правитель-узурпатор представлялся непогрешимым отблеском богов во плоти.

Широкий в плечах, высокий мужчина рода старых гинов пятидесяти лет от роду скрестил руки на груди и встал на краю трибуны. Он осматривал своих подданных карими глазами, будто высеченными в камне. Этот взгляд, лишённый сомнения и страха, внушал ужас врагам королевства и нескончаемую радость его союзникам. Лавгут обладал чертами лица простолюдина: широким подбородком, казавшимся слишком грубым для представителя знати, тонкими губами и прямым носом, в коем изюминку не разглядел бы даже искусный подхалим.

Однако во всей этой простоте скрывалась суть властителя Халлендора. Он ничем не отличался от землепашца: носил короткие волосы цвета ночного тумана и никогда не перебарщивал с украшениями для одежды.

Чего уж говорить… Вопреки традициям, корону Лавгута из чистого золота не украшал ни один драгоценный камень.

Он самолично вырвал их оттуда во время коронации, а доспехи, за редкими исключениями, предпочитал носить чёрные, как у простого григора.

– Жители Халлендора, – король обратился к народу, и тот в мгновенье затих, слушая неповторимый голос, пропитанный мужественностью в каждом слоге. – Я несказанно рад видеть вас всех на нашем любимом празднике. В этот день тиран Арвольд распрощался с жизнью, и мучения нашего уважаемого дома подошли к концу.