Отшельник

Мы раскрыли грязное дело, у которого не могло быть счастливого конца.

– А как же девушка?

– Она не девушка, она женщина, и она прекрасно понимает, что делает.

– Тогда зачем она так поступила?

– Какое это имеет значение, раз она призналась?

Может быть, и никакого. Может быть, дело только в нем, в Эрхарде. Что он вообще понимает в таких делах? Вероятно, редко бывает так, чтобы все кусочки головоломки совпали.

– Откуда была газета? – неожиданно спросил Эрхард.

Берналь с досадой ответил:

– Мне жаль, что я втянул вас.

Тяжелое дело, и для меня тоже. Но теперь все кончено. Забудьте. Мы с ней обо всем договорились. Там был ее ребенок.

– Договорились?!

– Говорите тише. Да, договорились. Дело закрыто.

– Разве вы действуете не так же, как Дюпон и Дюпон, парочка вездесущих детективов из «Тинтина»? «Договорились»… Берналь, что вы наделали?

– Я выполнял свою работу. Черт побери, вы понятия не имеете, что это такое! – Берналь терял терпение. – Нераскрытые дела не нужны никому, и всем плевать, что раскрыть их невозможно.

Начальство приказало, чтобы дело закрыли.

– Но она-то зачем согласилась? Почему позволила втянуть себя?

– Ее простимулировали, – ответил Берналь, и Эрхард догадался, что тут не обошлось без денег. – Так бывает, если нечего терять.

– Сам не понимаю, какие чувства испытываю к этой дуре. И жалко ее, и хочется убить… Ее посадят?

– Сначала, конечно, ее будут судить, но мы позаботимся о том, чтобы все сошло гладко, ведь суд тоже заинтересованная сторона.

Она получит все, что ей нужно. Больше, чем она сейчас зарабатывает своим ужасным ремеслом.

– Иными словами, она шлюха? Вы купили шлюху? Какую-нибудь отупевшую наркоманку? Да ведь пройдет несколько дней, и она…

– Разве не вы называли себя Сеньор Против Правил?

Эрхард был знаком со многими местными проститутками. На острове их примерно двадцать-тридцать; они обслуживают туристов и немногочисленных здешних богачей. Он без труда представил, как одна из них охотно согласилась сыграть роль матери, убившей собственного ребенка.

Он живо увидел перед собой ее дрожащие руки. Подумать только, ей даже не придется ни с кем трахаться! Нужно лишь подтвердить: да, она действительно родила ребенка, от которого потом избавилась. Эрхард по привычке попытался нащупать в кармане палец, но тут же вспомнил, что пальца у него при себе больше нет. Он нечасто злился, но сейчас гнев охватил его с такой силой, что у него запылали уши.