Горящие вишни

Я прожил слишком долгую жизнь, чтобы не понимать этого. Ложь, угрозы чиновникам, взяточничество. Думаете, я не знаю, как вы с братом заработали баснословное состояние? С вашей властью может потягаться только солнцеликий Император. И даже он вам не указ, ведь вы с легкостью купили себе сан при Дворе. Первая женщина на государственном посту за всю историю! На моей памяти такого не бывало.

Гэй ла молча слушала слова мастера, будто проглотив язык.

– Поэтому, – Кацухиро гневно сдвинул брови и сжал кулаки, – когда вы пытаетесь добиться моего расположения, я отчетливо вижу, как вы лжете.

Я не стану игрушкой в руках жадных богачей. Я могу лишь стать вашим палачом, когда вся правда выплывет наружу.

Женщина взяла чашку с остывшим чаем дрожащими руками и поднесла ее ко рту. Кацухиро же даже не притронулся к своему. Внутри него бурлил гнев, какого он не ощущал уже очень давно.

– Я надеялась, – наконец нарушила молчание гостья, – что мы сможем поговорить…

– Если вы пришли только за этим, сановница, мне нечего вам предложить.

– Вы должны мне помочь!

Чашку выпала из рук женщины и покатилась по деревянному полу, разбрызгивая янтарную жидкость. Гэй ла округлила глаза и схватила мхаграя за рукав кимоно. Она оказалась совсем рядом. Кацухиро чувствовал ее тепло. Запах ее сандаловых духов. И страха. Лоб гостьи покрылся испариной, а в учащенном дыхании был слышен хрип.

– Вам лучше уйти, сановница, – Кацухиро потянул руку, пытаясь высвободиться из хватки.

– Прошу, выслушайте меня.

Мхаграй тяжело вздохнул.

– Я даю вам один шанс объясниться, прежде чем выставлю вас за порог.

– Поймите, мой брат… – Гэй ла запнулась, не решаясь продолжить мысль. Она отпрянула от мужчины, вернулась на место и еще раз старательно разгладила полы одежды. – Мой брат, управитель столицы Хань ло, уважаемый человек в городе. Все, что вы сказали – правда. Благодаря его злодеяниям смогла получить толику власти и я, простая женщина. Многие были недовольны моим появлением во Дворе Императора. Они пытались обесчестить меня и прогнать прочь.

Тогда Хань ло принял меры. Все противники, один за другим, исчезли, и я получила возможность взращивать маргрум и получать из него Пыль сколько мне заблагорассудится.

Гэй ла наклонилась, подняла с пола чашку и вернула ее на чайный столик.

– Однако потом, – вновь заговорила женщина, когда ее дыхание выровнялось и успокоилось, – Хань ло изменился. Я долго не понимала, что происходит, пока не подслушала сегодня вечером его разговор.