Горящие вишни

– Понимаю, баг’шан, – Кай Си потупила взгляд и сложила руки за спиной. – Извините меня.

Шел уже третий год, как Кацухиро приютил у себя брошенную девочку из давно угасшего рода Такэда Кай[4 - Такэда – имя клана, Кай – имя рода.]. Ее прадед, Химура, был великим воином и полководцем, который внес немалую лепту в объединение Як’Хары. Кацухиро прекрасно помнил его еще молодым, полным сил и идей. И каждый раз, всматриваясь в лицо Кай Си, видел черты старого друга.

– Твой стих, – вполголоса проговорил мастер-мхаграй.

 – Я тоже понял его смысл.

Кай Си подняла к учителю полные надежды глаза. Тот усмехнулся:

– Ты голодна?

– Hai, баг’шан! – воскликнула девочка. Она снова заулыбалась, предвкушая скорое возвращение домой.

Кацухиро поднялся и отряхнул от листьев заостренные плечи накидки. Он был высок, много выше прочих як’харцев, широк и статен. Суровые черты лица и глубокие морщины испещряли бледное лицо. Длинные тонкие усы, такие же седые, как и пучок волос на выбритой голове, окаймляли его губы и опускались ниже подбородка.

Старый мхаграй медленно прошел по лестнице, шурша полами тускло-синих хакама[5 - Хакама – длинные широкие штаны в складку, похожие на юбку или шаровары.]. С каждым шагом он поднимал в воздух опавшие лепестки сакуры и пыль, принесенную сюда горным ветром.

– Хорошо, – сказал он, остановившись перед ученицей. – Прежде, чем мы покинем храм, давай проверим твои успехи.

Кай Си лихорадочно захлопотала над столиком для каллиграфии. Она расправляла свитки, дрожащими руками складывала их в стопку и едва не опрокинула чашку с чернилами.

Кацухиро взмахнул ладонью, и девочка тот час отпрянула от стола. Мхаграй был недоволен.

– Кай Си, – его голос принял поучительный тон. – Ты суетишься. Суета говорит о твоем волнении. Волнение выдает твой страх. Твой страх – лучшее оружие твоего врага. Истинный мхаграй держит страхи в узде. Не позволяет им брать верх над его жизнью.

– Понимаю, баг’шан, – прошептала ученица, изучая носки своих сандалий. – Я исправлюсь. Простите меня.

Кацухиро кивнул и протянул ладонь:

– Хорошо. Подай мне свитки.

Кай Си, теперь уже без спешки, подняла стопку и передала мастеру. Тот начал перебирать листы с конца, один за другим. Каждый из них занимали крупные, начертанные размашистыми мазками символы и округлые иероглифы. Они обозначали главные добродетели Пути мхаграя: верность, честь, доблесть. Первые надписи выглядели небрежными и неровными. Ученица, поначалу, слишком расправила кончик кисти.