Операция «Цхинвал»

Но сумерки и камуфляж размывают его на фоне растительности. Ко всему, мешал сосредоточиться треск очередей. Казалось, что молотят под каждым деревом.

«Вот граната и пригодилась», – подумал Антон и освободил чеку.

Боевик продолжал красться. Антон метнул гранату, а сам бросился животом на оружие. Бандит заметил его. Но щелчок сработавшего запала и вид летящей гранаты ввели бандита в ступор. Он открыл рот. Забинтованная «Ф-1» зацепилась за ветку и рухнула, не долетев до него несколько метров. Он зажмурился.

Больше Антон не стал испытывать судьбу и уткнул лицо в землю.

По барабанным перепонкам ударило звуком. Он почувствовал, как его обдало упругим воздухом, поморщился и поднял голову. Почти одновременно отброшенный взрывной волной бандит вскочил на ноги. Правая половина лица превратилась в кровавое месиво, на шее увеличивалось в размерах кровавое пятно. Он ничего не соображал. Оружие осталось на земле. Неестественно подпрыгивая, он сделал несколько шагов и рухнул, обхватив небольшое деревце рукой. Вторая болталась вдоль туловища. Там, где должен был быть рот, из кровавой каши вдруг надулся и лопнул пузырь. Бандит издал гортанный звук и забился в конвульсиях.

– Дрон, Лаврененко, «Откат», – скомандовал Антон. – Прикрою.

Он планировал немного отойти к реке, чтобы минимизировать угрозу повторного обхода. Силы были распылены, а численный состав атакующих неизвестен.

Протяжный стон круглолицего заставил его замереть.

– Карим! – прохрипел бандит.

Антон огляделся и перебежал к нему ближе.

Бандит лежал на боку, головой в обратном направлении. По всей видимости, он пытался ползти назад, к своим. Антон оглянулся на убитого гранатой, вскочил и прыгнул на круглолицего. От неожиданности и боли чеченец вскрикнул. Антон перевернул его на спину. Бандит успел расстегнуть на себе разгрузочный жилет и куртку. Волосатая грудь была в крови.

– Сколько вас? – Антон тряхнул его за плечо.

Бандит на секунду зажмурился. Правая половина бледного как мел лица была в грязи, по которой от уголка глаза разбежались светлые морщинки.

– Ты слышишь меня? – Антон нащупал в кармашке контейнер, в котором был шприц-тюбик промедола. Быстро достал его, снял колпачок и вогнал иглу в плечо чеченцу. Но было уже поздно.

– Шакалы! Боитесь, что последний час ваш настал? Аллах ху Акбар! – на губах бандита выступила кровавая пена. Он говорил со свистом, но четко выговаривая каждое слово. Лоб мгновенно покрылся испариной. Было видно, каждый слог дается ему с трудом.