Дети крови и костей

Теперь мне известна тайна принца.

И он не остановится, пока я не умру.

Глава тринадцатая. Зели

Следующим утром я чувствую себя более уставшей, чем до сна. Кажется, что меня обокрали, словно вор унес мои грезы. Раньше они давали возможность сбежать от жестокости мира, окружавшей меня при пробуждении. Но теперь, когда все они заканчиваются руками принца на моем горле, ночные кошмары мучат не меньше, чем реальность.

– Проклятье, – бормочу я. Это всего лишь сны. Чего мне бояться? Даже если его сила могущественна, он слишком напуган, чтобы ей пользоваться.

Тзайн пыхтит на маленькой полянке – делает упражение «скручивание» настолько серьезно, как будто это его обычная утренняя тренировка. Вот только никаких тренировок в этом году больше не будет: из-за меня он никогда вновь не сыграет в агбон.

Чувство вины смешивается с усталостью и заставляет прилечь. Касаясь земли, я краем глаза ловлю движение: Амари шевелится под большим коричневым плащом, пробуждаясь от царственных грез.

Это прелестное зрелище наполняет мой рот горечью, а перед глазами снова появляется образ Инана.

Я удивлена, что королевская дочь не перерезала нам глотки во сне. Пытаюсь найти в ее волосах белую прядь, такую же, как у брата, и облегченно вздыхаю, не обнаружив ее. Одним богам известно, насколько хуже все могло бы стать, если бы она могла заточить меня в своей голове. Рассматривая Амари, вдруг узнаю плащ, которым она укрылась. Я вскакиваю и спешу к Тзайну.

– Это еще зачем?

Он не обращает на меня внимания и продолжает тренировку.

Мешки у него под глазами говорят о том, что он устал, так что лучше оставить его в покое, но я слишком сердита, чтобы отступить.

– Твой плащ, – говорю я злым шепотом. – Зачем ты отдал его ей?

Тзайн делает еще пару скручиваний и ворчит:

– Она дрожала.

– И?

– Что и? – огрызается он. – Мы не знаем, как долго будем в дороге. Нам не нужно, чтобы она заболела.

– Ты в курсе, что принцесса к этому привыкла, да? К такой заботе?

– Зел, ей было холодно, а мне не нужен был плащ.

Только и всего.

Я поворачиваюсь к Амари и пытаюсь успокоиться. Но глядя ей в глаза, я вижу ее брата. И тут же чувствую его руки на своей шее.

– Я хочу ей верить…

– Нет, не хочешь.

– Даже если бы хотела, не могу. Ее отец организовал Рейд, а брат сжег нашу деревню. С чего ты взял, что она другая?

– Зел… – Тзайн резко замолкает, когда к нам подходит Амари – воплощение скромности и изящества.