Закаленная Кровь

Киоко слышала, как хлопнула задняя дверь дома, но не могла оторвать взгляда от ангела и демонов. Она поднялась на заплетающихся ногах и припустила к открытой двери святилища. Она слышала, что дедушка и брат зовут ее по имени, но побежал за ней Таски.

Как раз тогда, когда она протягивала руку, чтобы ухватить ангела, руки Таски обвились вокруг нее, отрывая ее от земли, опоздав лишь на секунду. Указательный палец Киоко задел вытянутую руку статуи, и из того самого места, которого она коснулась, вырвались широкие лучи света.

Таски показалось, как будто прямо у них перед носом взорвалась целая бочка с фейерверками на День Независимости.

Один из этих лучей ударил Таски в левую сторону груди, и мальчик вздрогнул от неожиданности. Но боли не было; вместо нее он почувствовал, как его что-то наполняет… что-то, чего ему не хватало всю жизнь, и только теперь все было на месте.

Раскрытыми глазами он смотрел на красивую флуоресцентно-синюю светящуюся ленту, которая соединяла руки статуи и Киоко, как будто не желая, чтобы эта связь разорвалась.

Таски моргнул и на долю секунды увидел красивый кристалл, вращающийся на ленте. Он не хотел, чтобы Киоко коснулась его, и отшатнулся, крепко держа ее в руках.

Кристалл вращался все быстрее и быстрее, и, наконец, взорвался. Осколки света разлетелись по всему городу, как будто удивительный звездопад в ночи.

Таски тяжело дышал. Когда он снова подобрался к окну, он увидел, что Киоко безжизненно повисла на руках незнакомца, и запаниковал.

Он не знал точно, что этот тип с ней сделал, но порадовался, когда сияние затянуло его и красноглазых демонов вместе с ним.

- Ангелу нужна наша помощь! - закричала Киоко, пытаясь вырваться из рук Таски, но он был слишком силен. Увидев, что дедушка встал между ней и статуей, она непонимающе выкрикнула: - Там, внутри этой статуи, демоны, и они его убьют! Ты же сражаешься с демонами… помоги ему… пожалуйста!

Она прижалась к Таски и всхлипнула, увидев, что дедушка смотрел еще более испуганно, чем в прошлый раз.

- Ты не можешь… помочь ему?

Дедушка Хого повернулся и заглянул в святилище. Оградительные свитки, которыми он завесил все маленькое святилище, еще дымились, большей частью превратившись в пепел. Он попятился из святилища и посмотрел на мальчика, держащего внучку. По спине у него побежали мурашки. Глаза Таски были светло-коричневого цвета, но сейчас его злой взгляд, устремленный на статую, горел аметистом.