Последний дракон

Юноша нахмурился и спросил у стражника, что бдел за окружающими землями о клане «Северного волка».

– Не было видать никакого отряда, г-господин, – пожал плечами воин.

– Неужели никто не покидал город? – недоумевал Трор.

– Дык как же? Выходили-выходили, – почесал затылок стражник и махнул рукой в сторону гор. – Только не отряд их было-то! А небольшая такая ватага. И с полдюжины не наберется. Отселя как с полчаса назад вышли. Небось, скоро до леса дотопают.

Трор сокрушенно покачал головой:

– Вели отворить врата!

Он спустился с башни и выскользнул сквозь приоткрытые створки городских ворот.

Путь предстоял неблизкий: по заметенной дороге до предгорий на своих двоих было не меньше часа ходьбы. Трор ускорился. Он долго бежал по застывшему насту, оступаясь и запинаясь, пока наконец не наткнулся на тропу, оставленную Твольвом и его бойцами. Варяги шли след в след, почти не отклоняясь от тракта. Из-за этого оказалось тяжело подсчитать, сколько людей он взял с собой в налет. Но отец наверняка увязался вместе с ними. От одной мысли о том, что Сив обманул его и впутался в заранее гиблое дело, которое могло обернуться бедой для всего клана, Трором обуял гнев.

Он прыгал по следам в глубоком снегу, задыхался и тяжело сопел. Влажные от долгого бега глаза и нос покрылись ледяной коркой и заболели. Крепчавший мороз застилал взор, щеки онемели, а поднявшийся ветер словно преграждал ему путь и шептал: «Поверни обратно». Но Трор рвался вперед. Он не мог допустить, чтобы отец навлек на их клан страшный позор.

После такого уже будет не отмыться.

Трор надеялся догнать ватагу «Северных волков» перед горной тропой к святилищу. Когда он достиг первых сосен, что величаво возвышались над дорогой, его встретили два деревянных кумира. То были фигуры Лема и Хлада. Северные народы, особенно охотники-януки, что жили в ледяных пустошах, воздвигали таких чуров на границах священных земель. Старцы сурово взирали на пришельца из-под кустистых бровей и сжимали в руках мечи и посохи. Трор поклонился изваяниям и осторожно прошел под сень леса.

Неясный лунный свет совсем пропал и уступил место ночному мраку.

В этом месте стояла особенная, нерушимая тишина. Даже ветер будто боялся побеспокоить сон вековых сосен, совсем притих и поспешил убраться с предгорий. Трору стало не по себе. Он ощущал, как за ним наблюдают тысячи невидимых глаз. Кто-то шептался во тьме, обсуждал незваного гостя и предрекал ему беды и страдания, если он осмелится ступить дальше.