Бергельмир. Альтернативная история земли

Добавлю, что в прошлой жизни ты именовался Михаилом Лермонтовым, из-за чего, собственно, ты и отправился искупать свои грехи на этот раз, ведь тебя застрелили за бестактность и самолюбие. В данном случае совершенно не важен ни твой статус, ни кем ты был для всех остальных, – вмешался в разговор его спутник.

– Лермонтов? Я был писателем? Я же был великим?!

– Величие не значит абсолютно ничего, – ответил Сатир, – твой отец не был великим, но тебе до его уровня души очень и очень далеко.

«Точно, отец, мать они должны же быть здесь», – осенила внезапная мысль Алмата.

– Я могу их увидеть? Поговорить? Сатир? – усопшего накрыла буря эмоций, надежда еще раз увидеть родителей, поговорить с ними враз вышибла все остальные мысли. Будь у него сердце, наверное, колотилось бы бешено, готовое вырваться из груди.

– Возможно, – ответил один из Ангелов, снимая капюшон, – в зависимости от того, что ждет тебя.

Снявший капюшон оказался невероятно светлым, словно на него светило солнце. Ярко-желтые, длинные волосы струились словно ручьи и мягко ниспадали с плеч, идеальные черты лица и молочно-белый цвет кожи.

Он, в отличие от Сатира, был явно похож на Ангела, высокий и статный, два метра в высоту. Ярко-зеленые глаза с точеными зрачками всматривались в Алмата словно насквозь просвечивая его душу. По балахону явственно ощущалось, что за его спиной крылья.

Два Ангела, стоявшие позади, тоже скинули свои капюшоны, синхронно, словно репетировали. Оба такие же высокие и статные, как и первый Ангел, что беседовал с умершим.

Только один имел чуть отращенные густые и кучерявые русые волосы, синие глаза, другой же обладал короткими темно-серыми волосами и стоял он с закрытыми глазами. От него словно шла темная дымка, а не свет как от первых двух.

– Мы посмотрели твои кармические узлы, пора определить твою душу, – начал длинноволосый.

Сатир сделал шаг вперед и громко объявил:

– Архангел Цадкиель, он же Задкиил, Ангел свободы, щедрости и милосердия, Ангел юпитера и божья праведность.

Ангел с кучерявыми волосами встал перед чаном и поднял руку над водой ладонью вниз.

– Я, Архангел Цадкиель, за стремление души к праведности, добродетели и милосердию возлагаю душу на уровень выше. Более того, данная душа при жизни направила на правильный путь две души, и посему присуждаю освобождение от кармических мук, – уверенно заявил Ангел свободы. После его слов все резные узоры чана засияли ярким золотистым светом.