Стеклянная республика

Девушка пожала плечами со счастливым жестом «Смотри сама», быстро написав: «Думаю, назову его Оскаром».

– А ты не могла бы отвести Оскара чуть подальше, пока он не спалил мой дом?

Улыбка на лице Бет сменилась тревогой. Каким-то образом развернувшись на крошечном карнизе, она потянулась к огню. Внутри чудовища проглядывал темный силуэт: маленькое черное пятнышко в сердце газового пламени. Как только пальцы Бет прошлись по силуэту, огонь внезапно погас. Крошечный ящер вскарабкался по руке девушки и устроился на плече.

Щелкнув языком, он уставился на Кару, прищурив маленькие черные глазки.

Бет снова написала:

«Это канализящер, он управляет газами. Метаном и другими. Думаю, может высосать их и из труб – сыграть злую шутку с твоим счетом за газ. Правда, крутой?»

Кара поглядела на свою лучшую подругу.

– Канализационные газы? – невозмутимо переспросила она. – Серьезно? Ты нашла пукающего дракона?

Лицо Бет немного вытянулось, потом она улыбнулась и протянула руку бетонно-нефтяного цвета, словно говоря: «Кто я такая, чтобы судить его?»

Кара отпрянула от окна, и Бет залезла внутрь.

Теперь она двигалась по-другому, огибая угол, словно уличная крыса, и оставляя маслянистые отпечатки на белой краске. Оказавшись внутри, она позволила маленькому ящеру переползти с руки на руку, поглаживая его кончиком пальца. Рептилия заскрежетала от удовольствия, почти как кошка. Посмотрев на них двоих, Кара почувствовала, как в груди оседает разочарование.

Бет достала телефон, и Кара посмотрела на экран через ее плечо:

«Он удивительный.

Я отправилась за ним в туннели, и он чуть не надрал мне зад, но когда я прикоснулась к нему… Он вдруг изменился, словно захотел защищать меня. Словно хотел делать то, что я от него хотела. Он…»

– Би, – Кара успокаивающе взяла Бет за руку.

Бет опустила телефон и выжидающе подняла брови.

– Знаешь, иногда просто хочется, чтобы ты зашла через дверь.

На лице Бет проступило напускное возмущение. Она указала на ящера у себя в ладони и на город за окном, словно бы говоря: «Когда мне принадлежит все это, заходить в дверь преступно скучно».

– Да, знаю, – с возрастающим раздражением огрызнулась Кара. – Ты принцесса города с этой своей фасонистой серой кожей, металлическим жезлом и здоровенной табуреткой на вершине Канэри-Уорф, и я рада за тебя – правда, рада, но не нужно тыкать меня этим в лицо каждую минуту каждого долбаного дня.

Возможно, она чересчур нажала на слово «лицо» – девушка не была уверена.