Дом с семью головами

Ощущаете?

Томпсон с удивлением признал, что странное состояние, в котором он пребывал, действительно было похоже на счастливое детство.

– До скольких мне считать?

– Кажется, в прошлый раз вы остановились на десяти?

Томпсон в момент покрылся гусиной кожей.

Струны нервов пощипывались здесь виртуозно!

– Представьте, что вы в доме, вам шесть или семь. Начинайте считать. На десяти задержите дыхание. Если паники не будет, выдыхайте и продолжайте счёт до двадцати – в этот раз у вас получится.

А если не получится, придёт Барбара и разденется…

Томпсон не заметил, как искусал губу.

– Я нахожу ваши методы жестокими, – решился высказаться он.

Это замечание не тронуло доктора. С годами он приноровился проглатывать его, ничего не ощущая.

Он произнёс дежурный докторский ответ, перед тем как исчезнуть:

– Страх заставляет переоценивать препятствие. Чтобы пережить боль, которой мы боимся, необходимо её сперва ощутить. Но в этот раз вы делаете первый шаг. Ваши страхи, поверьте, покажутся вам ничтожными.

Глава 6

1

Джеффри Томпсон считал в оранжерее. Ему нравились цветные стёкла в этой комнате. Стоял сильный бодрящий запах листьев.

На десяти мужчина сделал паузу, поглядел по сторонам. Ничего не загорелось. Он адресовал себе издевательскую ухмылку и продолжил счёт.

В это время на кухне Патрик ел шоколадные крекеры. Шапка с отворотом оставалась на голове. Барбара чистила картошку для завтрашнего ленча. Разговор не клеился.

Вошла Сара. Барбара взъелась на неё:

– Дура ты, Сара! Кто просил тебя вспоминать о Ванессе?

– Я ведь случайно!

– Иногда хоть мозги включай!

– А что случилось? – жуя, спросил Патрик.

– Мы играли в ассоциации…

– А, мяч. Тупые психи.

– Патрик! – рявкнула Барбара.

– Да ладно те, ма!

Сара постаралась оправдаться:

– Новенький случайно бросил мне. Думаю, он кидал Урсуле – я за ней стояла. Он сказал «тело», а я машинально вспомнила Ванессу… Даже не вспомнила ещё, а с языка уже слетело.

Девушка села за стол и взяла печенье. Вздохнув, сказала:

– И перед глазами сразу сцена возникла, как мы её из воды вытаскивали.

– Пфф… – замахал руками Патрик. – Не напоминай. Такое уродство нескоро забудешь.

С минуту слышались только чавканье, хруст и плеск картофелин в раковине.

– Больше никаких упоминаний об этой девушке, – Барбара с грохотом поставила таз с картошкой на стол. – Особенно – при докторе.