Смерть на фуникулере

– Упаковка – бесплатно!

Что ж, считала мисс Нортон, она сделала всё, что могла. А ведь и правда: дереву в часах должно быть не меньше ста лет, к тому же какой-то редкий местный производитель, а она так по-глупому себя повела, решив возражать. Но ведь её сестра учила – за границей нужно торговаться, а её сестра всё знает лучше.

Трогательная, милая, молодая – первое, что приходит на ум при виде Эмили Нортон. Воплощение бедной родственницы, почти библейское (если бы в Библии писали про младших незамужних сестёр).

Впрочем, писательница детективов Вероника Бёрч с порога дала иное определение мисс Нортон – хроническая старая дева. И даже несмотря на то, что Эмили Нортон было всего двадцать восемь лет, на которые она и выглядела.

В свою очередь Эмили, едва зазвучал колокольчик над дверью, не могла поверить своим глазам – в магазин вошла обожаемая ею писательница.

– Извините, – сказала Вероника, стряхивая с головы снег, – можно ли вызвать полицию?

Из рук продавца едва не выпал столетний дуб.

– Policijo? Tukaj? ?t! Nobene policije! Kaj za?[7 - Полиция? Здесь? Нет! Никакой полиции! Зачем? (словен.)]

– Понимаете, я стала жертвой возмутительного преследования, и…

– Мисс Вероника Бёрч! – не сдержалась Эмили. – Вы? Здесь? Это невероятно!

Как всегда, всё решил случай. Вероника привыкла натыкаться на поклонников в самых укромных уголках планеты, а среди поклонников, знала она, нередко были хорошие рабы и защитники.

Вероника улыбнулась в ответ и спросила:

– Вы путешествуете одна?

– О нет! Боюсь, сама бы я уже давно потерялась где-нибудь ещё по дороге, выпала за борт или ещё что! – взволнованно защебетала Эмили.

Вероника поняла, что с определением «старой девы» попала в точку. Она улыбнулась ещё раз и поглядела на часы, которые были почти упакованы.

– Вы уже расплатились?

– Ой, что же я стою…

– За сколько вы их берёте?

Эмили, копошась в большой сумке в поисках кошелька, назвала цену.

– Вы с ума сошли! – мисс Бёрч повернулась к пожилой паре: – Я сама заплачу за эти часы, но вдвое меньше.

У женщины за кассой вмиг посерело лицо. Продавец, вероятно решив, что неправильно расслышал, спросил:

– Вы хотеть купить часы? Невозможно. Эта милая мисс покупать часы.

Вероника одарила их усмешкой и, подхватив под руку Эмили, повела её на улицу.