Обречен на смерть

 – Чтобы он хоть немного себе помог.

– Сомневаюсь, – ответил Майкл. – Судя по сегодняшней встрече, у парня кишка тонка показать на настоящего убийцу.

– Да, – произнес Рид, вытирая губы. – Да. Я и сам так думаю.

Он отодвинул опустевшую тарелку. Способность друга приканчивать еду не переставала удивлять Майкла: его собственная тарелка была еще на три четверти полной.

– Если Саймону достанет храбрости постоять за себя, – продолжал Рид, – ты сможешь прижать О’Дрисколла и показать всем, что Колливер – лживый ублюдок и, вероятно, еще и убийца.

Все, что требуется от Саймона, – это развязать тебе руки. Двадцать минут перекрестного допроса, и ты этих отморозков в бараний рог скрутишь, если только тебе позволить. Я знаю, ты это сделаешь.

– Ну спасибо за доверие.

Собственные слова показались Майклу агрессивными, едва он их произнес, и он тут же пожалел об этом. Знал Рид или нет, но его вера в способность Майкла прищучить свидетеля многое для него значила.

То, что Майкл как королевский адвокат теперь стоял выше Рида, было всего лишь случайностью. Майкл считал вопиющим тот факт, что Рид не достиг этого звания сам, причем много лет назад, но для него это ничего не меняло. С титулом или нет, Дерек Рид был самым талантливым барристером из всех, кого он знал.

– Не волнуйся, – ответил Рид. – Я знаю, твоя самооценка не нуждается в поднятии.

Майкл понимал, что друг не обиделся, но все же чувствовал себя неуютно.

А Рид, почувствовав его дискомфорт, внимательно разглядывал его лицо.

– Послушай меня, Майкл. – Его тон изменился, стал более серьезным. Это заставило Майкла выпрямиться и слушать внимательнее, совсем как шестнадцать лет назад, когда они все еще были учеником и наставником. – Я знаю, что с тобой не так, пора тебе прекращать это. Хватит чувствовать себя виноватым из-за того, что дело досталось тебе. Оно ушло от меня, как только судья постановил, что им должна заниматься шелковая мантия.

По крайней мере, его ведешь ты. С тобой у Саймона еще есть шанс.

От комплимента сердце Майкла забилось чуть быстрее и на лице появилась улыбка. Эта реакция одновременно смутила его и напомнила о странных взаимоотношениях, которые всегда будут связывать барристера и его бывшего наставника. Целых полгода юнец Майкл двадцати одного года от роду был тенью Рида. Они вместе работали, ездили, ели и – чаще всего – пили.