Адвокат

Марго долгое время сверлила мужа взглядом.

Но вдруг наверху раздался оглушительный грохот и звонкие вопли. Кот, перепугавшись, рухнул с подоконника и очертя голову бросился куда-то за кухонный остров.

Супруги пулей вылетели из кухни, поднялись на второй этаж. А там…

– Прекратите немедленно! – кричал мальчик лет восьми, в то время как в небольшой комнате разразилась настоящая битва на подушках.

Маленькие девочки со светлыми, практически белыми волосами прыгали на кроватях и, озорно крича, размахивали подушками, да так сильно, что с них летел пух.

 Каждый раз, когда одна из девочек попадала по другой, та падала на кровать со звонким смехом. Матрас пружинил, и на этот раз наступала очередь первой девочки получать удар подушки и падать.

Их старший брат кричал до хрипоты, требуя немедленно прекратить, но никто его не слушал.

– Что вы здесь устроили? – гаркнул на близнецов Пьер, и дочери в одно мгновение притихли. Только пух плавно опускался в воздухе. – Разве могут девочки так себя вести? Что это за побоище?

Запыхавшиеся, раскрасневшиеся близняшки, похожие друг на друга как две капли воды, удивлённо уставились на отца, выпучив карие глазки.

 А потом одна из них расплылась в довольной улыбке и, прежде чем Пьер продолжил свою гневную тираду, бросилась прямо с кровати на руки отца, твёрдо уверенная, что он её непременно поймает. И Пьер поймал. И её сестру, которая прыгнула следом, тоже. Близняшки повисли на отце и принялись целовать его в щёки.

– Бриджитта! Лильгельанна! – воскликнула мать и попыталась оторвать девочек от мужа.

С одной у неё получилось, но вот вторая вцепилась в рубашку Пьера с такой силой, что ткань угрожающе затрещала.

– Папа, папочка! – затараторила девочка, жалобно глядя на отца. – Ты так давно нас не будил! Мы так скучали!

– Бриджитта, – возмутился Мишель. – Не подлизывайся! Вам всё равно придётся отвечать за Лео и подушки. А ещё…

– Папочка! – перебила брата девочка и жалобно зашептала. – Мы должны купить Лео траву.

Оказывается, в мыле нет травы. Там всё врут на упаковке! Его вчера рвало весь день…

– Потому что вы его мылом накормили, дура, – не выдержал Мишель.

– Папа! – заплакала самыми «искренними» и крупными слезами Бриджитта. – Мишель плохой! Он всегда нас обижает! Он обзывается постоянно!

Пьер решительно снял с себя дочь, поставил рядом с Лильгель и Мишелем, которого близняшки тут же попытались ударить довольно синхронно. Но и это отец успел предотвратить.