Призрак

– Тогда я пойду с вами!

***

Когда Мирейд свернул с дороги на едва заметную тропу, теряющуюся среди густого леса, солнце уже скрылось за горизонтом, оставив после себя только багровое зарево. В лесу было темно, сыро и нестерпимо холодно. Эилерта не спасал даже плащ, накинутый на его плечи Мирейдом.

Мальчик сильно проголодался и продрог. После многих часов пути его ярость приутихла, и он больше не мог игнорировать потребностей своего тела. Но жаловаться незнакомцу ему претило, к тому же Эилерт был практически уверен, что на счёт чтения мыслей Мирейд всё-таки слукавил и наверняка уже знал обо всём.

На лес спустилась ночная тишина. Со всех сторон доносились странные звуки: шуршание и, будто некие существа тяжело дышали, пригнувшись к самой земле.

Страх и сомнения вновь потеснили голод, усталость и холод. Эилерт то и дело оглядывался назад, вертел головой из стороны в сторону и пытался заглянуть во тьму, которую скрывала широкая спина Мирейда.

Почему они сошли с дороги? Как долго им ещё идти? И где вообще может находиться дом такого странного человека или не человека, как Мирейд? Неужели он живёт в соседнем городе? Но туда идти два дня.

В таком случае безопаснее было заночевать вблизи дороги. Других городов или деревень в этом направлении Эилерт не знал. Или же незнакомец жил в лесу? Если вспомнить как себя охарактеризовал новый знакомый мальчика, жить в отдалении от людей было бы разумным решением.

– Юный гер проголодался? – тихо прошептал Мирейд, взглянув на ребёнка через плечо.

 – До моего пристанища уже рукой подать. Наберитесь терпения.

Небольшая лачуга скрывалась в самой чаще леса. Эилерт смутно представлял течение времени и не мог сказать, как долго они шли по узкой, едва уловимой тропе, но когда его взору предстал маленький домик, который, тем не менее, вмещал в себя два этажа, ребёнок был совершенно измотан и истощён. В горле пересохло, живот сводило от голода, тело болело от непрерывной ходьбы.

– Это ваш дом? – сипло пролепетал Эилерт, приближаясь к лачуге, но даже вблизи с трудом улавливая её очертания в полной темноте.

Дом был старым и очень ветхим. Слышалось, как от ветра поскрипывали доски. Откуда-то справа доносился шум небольшого ручейка. Видимо, именно из-за него Мирейд выбрал это место для своего жилища.

– При дневном свете это зрелище оставляет желать лучшего, юный гер, – с улыбкой заверил мужчина. – Поверьте, внутри он нисколечко не лучше.